что его взгляд беззастенчиво опускается на мою пятую точку. — Ну надо же, — ухмыляется он. — А на ощупь она такая, будто ты из тренажёрки не вылезаешь. Я теряю дар речи. Просто открываю и закрываю рот. Как он имеет так легко напоминать мне о той ночи?! Когда я ничего не помню!! Самодовольный гад! Мне хочется уколоть его в ответ, но пока я пытаюсь придумать как, Богдан заводит меня в следующую комнату. Она лишь немного уступает в размерах комнате хозяина особняка. Здесь огромная гардеробная, отдельная ванная с джакузи и есть своя терраса. Обалдеть… Мне все ещё кажется, будто я сплю. — Твои апартаменты на ближайшие восемь месяцев, Анюта, — говорит Богдан. — Располагайся и чувствуй себя как дома. Дверь за ним захлопывается, и я остаюсь одна. Спустя пару минут Казим приносит мои немногочисленные вещи и сообщает, что через полчаса Богдан ждёт меня на ужин. — Спасибо, я не голодна, — ворчу я, забираясь с ногами на кровать. Я пока не могу решить, какую стратегию поведения выбрать. Мне необходимо дать Богдану понять, что его добровольной пленницей я быть не собираюсь. — Аня, советую не злить хозяина, — говорит Казим, перед тем как исчезнуть за дверью. "Хозяина" — передразниваю его я и достаю телефон. Нужно написать Карине о том, что со мной всё хорошо. Пока я печатаю сообщение, вдруг вспоминаю о цветке, оставшемся на подоконнике в общежитии. На глаза наворачиваются слезы: я хочу вернуться в свою обычную жизнь, к друзьям. Мне не нужна вся эта роскошь. Тогда я принимаю решение, что спускаться на ужин не буду. Все равно из-за этих переживаний я не чувствую себя голодной. Мой организм лучше знает, что ему нужно. Сняв с себя уличную одежду, переодеваюсь в домашнее платье, в котором обычно хожу по общежитии, и застываю. Потому что дверь в комнату бесцеремонно распахивается и на пороге возникает Богдан. Судя по хмурому лицу, он явно недоволен моим отказом спуститься на ужин. Быстро одергиваю платье вниз и смотрю в его потемневшие от гнева глаза. От страха хочется сбежать куда угодно. Хоть в ванной запереться. — Я ждал, что ты спустишься, но так и не дождался, — медленно цедит мужчина. Я сглатываю и тихо пищу: — Я не голодна. — Мне плевать, Анюта. Мой ребёнок должен нормально питаться, чтобы расти здоровым. Живо спускайся. — Богдан… как Вас там по отчеству, — набираю полные лёгкие воздуха и чувствую, как гнев приливает к лицу. — Какое право Вы имеете распоряжаться мной и моим телом? Тот факт, что я ношу вашего ребёнка никаким образом… Договорить мне не удается,