61
АняПервая мысль — это то, что я окончательно спятила от боли и многонедельных переживаний. Это мираж, обман зрения. Чудес не бывает, я имела возможность убедиться. Новая боль скручивает меня пополам, но я даже поморщиться не могу.— Это не можешь быть ты, — хриплю сквозь катящиеся слезы. — Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.— Совсем расклеилась, дюймовочка, — голос Богдана звучит тепло и чуточку насмешливо. — В день рождения своего сына я бы с того света вернулся.Его лицо, едва начавшее принимать четкие очертания, вновь расплывается, а от рыданий начинают стучать зубы. Это не ошибка и не галлюцинация. Это правда пришел Богдан. Только он так мог сказать.— Тужьтесь, Анюта, — снова подает голос врач. — И дышите, как вас учили.Я делаю глубокий вдох и так сильно сжимаю руку Богдана, что наверняка оставлю на ней свои отпечатки.— Ты пришел, — шепчу я высохшими губами. — Значит, ты мне поверил.Богдан улыбается, но его глаза остаются серьезными. Сейчас я не могу думать, каким образом ему удалось выйти на свободу и как он здесь очутился. Все потом. Его прикосновение наполняет меня приливом энергии, который сейчас так необходим для того, чтобы произвести нашего малыша на свет. У моего сына или дочери будет отец. Богдан рядом. Пришел сюда ради нас. Это самое главное.Боль, раздиравшая меня на части, больше не кажется такой мучительной. Будто он взял часть ее на себя. Я дышу как тренировалась, напрягаю и расслабляю низ живота, чтобы наш ребенок поскорее увидел свет. Богдан все это время держит меня за руку, иногда промокает ладонью мой потный лоб и приговаривает: «Ты у меня такая умница, Анюта. Настоящая героиня». У меня даже получается улыбнуться. Он говорит так, будто и правда мной гордится.Я понимаю, что близка к цели, когда врач и медсестры оживляются и начинают переговариваться между собой. Тужусь еще активнее. Боль забывается. Еще немного потерпеть. Рядом с ним я все смогу.Когда я слышу жалобный детский плач, то неожиданно для себя начинаю плакать, хотя была уверена, что израсходовала весь запас слез. Я смогла. Родила нашего с Богданом ребенка.— Кто? — сиплю я, вытирая глаза. Я специально не стала узнавать пол. Хотела, чтобы это стало сюрпризом.— Девочка, — улыбается врач и демонстрирует мне самое прекрасное создание, которое я когда-либо видела. У нее маленькое розовое тельце и круглая головка с едва заметным пушком волос. Моя дочка громко и возмущенно кричит и дергает крохотными ножками.— Дайте мне, — я тяну к ней дрожащие руки. — Пожалуйста.Пока врач несет ко