— То есть вы хотите их убить, — перевел на человеческий язык все эти намеки я.

— Да, — спокойно кивнул Пангетсу.

— Джая Бехрами дала мне слово быть верной мне до конца жизни, — ровно произнесла Асан.

Пангетсу вскинулся, чуя проблемы для себя, но Асан осадила его одним жестом.

— Кроме того, девушка высказала желание сменить фамилию и стать слугой моего рода, — продолжила Асан. — Фамилию она бы и без меня сменила, если бы не опасалась, что ваш клан ее найдет и убьет. Я обеспечу возможность смены фамилии для них обоих и приму ее в слуги рода. После этого к роду Бехрами ни формально, ни фактически она не будет иметь никакого отношения, а ее сын, соответственно, потеряет право наследования.

Пангетсу задумался.

В принципе, если его цели действительно полностью совпадали с озвученными, вариант Асан был вполне приемлемым. Сдать людей, которым она уже пообещала свое покровительство, китаянка не могла. И гость это понимал не хуже нас с ней.

Пангетсу перевел взгляд на меня.

— И вы не сделаете мальчика аристократом? — спросил он.

— А это имеет значение? — слегка улыбнулся я. — С новой фамилией он будет принадлежать совсем другому роду.

— У него останется та же кровь, — качнул головой Пангетсу.

— Вы серьезно? — хмыкнул я. — Родового камня у них с собой нет. Фамилия будет другая. А если он решит возродить свой бывший род, то со статусом сына слуги его в аристократическом обществе никто не примет, будь у него хоть какая кровь.

— С вашим поручительством, господин Раджат, все может быть иначе.

Не только с моим, на самом деле. Как глава клана я могу дать парню герб, именно это поручительство Пангетсу имеет в виду. Но и поручительства Асан, если она сделает мальчика своим преемником и введет его в свой род, тоже хватит.

Однако все это не будет иметь никакого отношения к роду Бехрами.

И я не понимаю, с чего вдруг Пангетсу так вцепился в этого малыша.

— После смены фамилии этими двумя людьми род Бехрами будет официально мертв, — сказал я. — Или там еще кто-то выжил?

— Нет, больше никого.

— Тогда не морочьте мне голову, — фыркнул я. — Через две декады род Бехрами будет официально мертв, даю вам слово.

— Я просто не понимаю, почему вы не хотите пообещать, что не дадите парню герб? — прищурился Пангетсу.

— Потому что я не знаю, кем он вырастет, — спокойно пожал плечами я. — Может, однажды, он совершит нечто, достойное герба. И что, мне придется обделить его только на основании ваших беспочвенных страхов?

— А вы прямолинейны, господин Раджат, — поморщился Пангетсу. — Даже чересчур. Неужели готовы воевать с моим кланом из-за безымянного мальчишки?