Остальные пять объектов я мысленно крутил и так, и эдак, ведь какая-то логика в их расположении должна быть. Как минимум, граница внешнего круга тоже должна быть четко очерчена. А значит, и вариантов расположения этих объектов не так уж много.

В итоге я наметил несколько вероятных точек, которые имело смысл проверить в Свободных землях, и одна из них была как раз неподалеку от Варанаси.

Полагаю, именно туда и тянула Тикси ее чуйка.

— А конкретно здесь? — продолжил расспросы я. — Вы сегодня явно никуда двигаться не собирались.

— Я так чувствую, — спокойно пожала плечами Тикси. — Ночью поняла, что нужно сидеть на месте и ждать.

— Чего? — уточнил я.

— Видимо, вас, — слегка улыбнулась она. — Во всяком случае, сейчас меня на этой стоянке больше ничего не держит.

Ну точно чуйка. Даже если бы чужачка вышла на точку входа в объект, одна она внутрь попасть все равно не смогла бы. И вытаскивать ее из черноты было бы некому.

Точность ощущений меня не удивляла, а вот то, с какой готовностью девушка следовала своей интуиции — да.

— И вы так легко следуете довольно-таки противоречивым ощущениям? — приподнял брови я.

— Я тоже из древнего рода, Раджат-джи, — усмехнулась Тикси и уточнила: — В прошлой жизни. Зов крови очень сложно правильно истолковать, но перепутать его с чем-либо невозможно. А отказываться от него смерти подобно.

Что ж, очень может быть. Что Джина, что Шанкара в свое время так же безоглядно рванули навстречу своей интуиции. Похоже, действительно есть что-то особое в древней крови, когда ты с ней рожден.

Я неопределенно покачал головой.

— Да бросьте, Раджат-джи, вы и сами это прекрасно знаете, — улыбнулась Тикси.

— В отличие от вас, я из молодого рода, — качнул головой я. — В прошлой жизни, я имею в виду.

— Неужели? — удивилась Тикси. — Никогда бы не подумала. Меня давно так не возили носом, я аж в детство на миг вернулась. В то, первое детство. Идеальное исполнение, Раджат-джи.

Я скептически хмыкнул.

Мне самому показалось, что я слишком долго терпел показательное бунтарство девчонки, ее стоило осечь раньше. А она сама называет это идеальным.

Впрочем, нельзя было забывать, что я разговаривал не с дикой простолюдинкой, а с аристократкой древнего рода. Даже ее отец косился на нее с плохо скрываемым недоумением. Видимо, она прежде не демонстрировала себя такой и действительно позволила себе на какое-то время вернуться в юность.

Сейчас от той девчонки не осталось и следа. Сейчас передо мной стояла взрослая опытная женщина, которая и Шанкаре фору даст, пожалуй.

Лесть со стороны такой женщины опасна вдвойне.