— Николай Дмитриевич, вы здесь? — в палатку заглянул Изотов. — Вижу, на месте. Разрешите войти?

— Да входите уж, — обрадовался полковнику. — Вечно вы в самый неподходящий момент куда-то пропадаете.

— Что-то случилось? — присел на складной стульчик Константин Романович. Покосился на хурджины, но ничего не сказал. Достал платок из кармана, снял фуражку и протёр платком внутреннюю часть. Пожаловался. — Представляете, даже фуражка насквозь от пота промокла. Так что такого у вас за время моего короткого отсутствия могло произойти, чего я не увидел?

— Вот это, — подтолкнул ногой сумки. — Моя доля в трофеях…

— Постойте, — оживился жандарм. — Так что же вы мне сразу не сказали, что казачий отряд вернулся? Нужно же каждого из них опросить…

Изотов подхватился на ноги, да так шустро, что мне даже завидно стало. Только что жаловался на одуряющую жару и уже забыл про неё. Как пионер, готов действовать и куда-то бежать. А у самого китель на спине мокрый от пота.

— Да постойте же вы! — тоже подскочил, в попытке задержать жандарма, не дать ему убежать к казакам. — Никуда они от вас не денутся. А мне совет нужен.

— Совет? — остановился и обернулся на выходе полковник. — Я вас слушаю, Николай Дмитриевич.

— Кишлак сожжённый помните?

— Конечно, — насторожился полковник. И отшагнул от входа в палатку. Покосился на стул, но остался стоять.

— И сколько жителей там убили, тоже помните?

— Николай Дмитриевич, я на память пока не жалуюсь. Прошу вас сразу переходить к делу.

— К делу так к делу. Старейшины мне якобы в услужение… — специально заострил на этом слове внимание полковника.

— Передали эти два хурджина? — договорил за меня Изотов.

— Если бы только это, — с досадой мотнул головой. — Это, кстати, моя доля в трофеях, как я недавно говорил. Дело же вот в чём, старейшины мне двух сирот подарили! Или нам, я растерялся и не уточнил этот момент.

Ну а что? Нет у меня другого выхода припрячь полковника к решению внезапно свалившейся на голову проблемы.

— Кого подарили? — удивился полковник и всё-таки уселся на стул. — Рассказывайте подробно.

— А что тут рассказывать, если я всё уже вам сказал. Всё, что знал, — поправился. — Нам казаки их в кибитке привезли.

— Что-то я никакой кибитки у нас в лагере не заметил, — оглянулся на вход жандарм.

— Так я их мыться с дороги отправил. Они с дороги грязные до жути, — и, чтобы развеять удивление на лице полковника, тут же пояснил. — А что мне ещё оставалось делать? Так хоть время до вашего прихода потянул. Теперь вместе будем решать, что с этим подарком делать.

— Вместе? Николай Дмитриевич, вы отдаёте себе отчёт, что вообще произошло? Мне, офицеру Корпуса, и вам, наследнику знатного рода, подарили рабов. Вы зачем их вообще приняли?