Вадим кивнул и ушёл. На колокольне стало свежо. Ветер быстро нагнал тучи, и они полностью заволокли небо. Быстро сгустилась тьма, заморосил мелкий дождь, завыл ветер. Постепенно внутри периметра монастыря жизнь замирала. Немногочисленные его обитатели спешили завершить все дела и укрыться в своих кельях. И тут он услышал, как по лестнице кто-то взбирается, вернее, догадался, потому как видел маленькую фигурку в белом платочке, что вошла в дверь звонницы.
— Тебе чего, Агафья?
Девочка, пыхтя, влезла на звонницу.
— А ты тута⁈
— Тута! Чего пришла?
— А мне скучно. Разрешили с тобой побыть. Мы же с тобою вместе пришли!
— Ну, побудь, пока не стемнело, а потом сразу спать.
— Ага, а расскажи мне что-нибудь?
— Что?
— Жутко интересное!
— Сказку что ли?
— Да!
Вадим почесал затылок и начал по памяти рассказывать про путешествия Синдбада-морехода.
— И вот, могучая птица Рух…
— А у нас тоже есть могучие птицы, — дослушав рассказ, сказала девочка. — Это филин и беркут, они служат колдуну. Мне дед баял о том.
— Злой колдун-то?
— Нет, он не злой, он недобрый. Дед говорил, что он живёт в заповедном лесу, поклоняется колесу и не любит людей. Он сильный очень, но в мирские дела не лезет и найти его непросто, но кто захочет, завсегда его найдёт, если надо.
— И что он может?
— Многое, но никому не помогает, насмерть изводит. Если кто согласится выполнить его желания. Он хочет мести!
— Агафья!!! — долетел снизу голос монахини.
— Бегу! — сунулась со звонницы девочка и скатилась вниз по лестнице, оставив Вадима одного.
— И откуда она знает такие истории? — сам себе задал Вадим вопрос, наблюдая за тем, как стремительно замирает жизнь в монастыре. Первыми скрылись женщины, потом ушёл кузнец и трудники, последними исчезли в домах монахи. Наступила тишина.
— Оуу, воуууу! — раздался откуда-то с востока волчий вой. Вадим вздрогнул. — Оууу, — послышалось гораздо ближе. И вскоре Вадим различил еле видимую тень, что неслась сквозь лес, а за ней бежали пара волков, преследуя добычу. Они быстро пронеслись мимо и вскоре догнали жертву. Послышалось жалобное блеянье, шум борьбы, переходящий в предсмертное хрипение, и тут же все смолкло.
Звуки в ночной тиши, несмотря на дождь, разносились далеко. Вадим поморщился. Стало противно, накатила тоска, пополам с печалью. А где-то кто-то жрёт тушёнку и лапает Снежану. А мама уже, наверное, с отцом сидят на кухне и пьют чай, просматривая телевизор. Отец, как обычно, материт всех чиновников, мать только хмыкает. А он тут… Они даже не знают, что он исчез из их мира.
Да, его будут искать, приедут волонтёры, подключат милицию и МЧС, но ничего не найдут. Ведь он бесследно исчез в болоте. Шёл, шёл и внезапно утоп. Только следы найдут, да и то, старые. Вадим вздохнул, вот тебе и фунт лиха, повёлся на одно, а получил совсем другое.