Подойдя, они открыли её, и тихий скрип дверцы нарушил мёртвое безмолвие неглубокого подземелья. Внутри стояла тишина. Тишина и темнота.

Вадиму хотелось заорать туда.

— АААА! Мертвяки, выходи! — Ну, или ещё что-нибудь похожее. — Шкуры вонючие, враги ё!

Что хотел сделать кузнец, оставалось неясным, но он сказал.

— В подвале кистенем и бердышом орудовать бесполезно, места мало, сомнут, тут только кинжалом работать или пищалью. Эх, вот пищаль найти будет добре. И ты мастер с неё стрелять.

— А может, где и были?

— Может и были, дак то ж мертвяки, бросили всё, да незнамо где. Они же себя не помнят. Где померли, там и оружие осталось, но сомневаюсь, что у них пищали имелись. Може, пистоли⁈ Да найди их сейчас⁈ Хотя, судя по всему, многие погибли в бою со своими же, вот и оружия потому много валяется. А кто чуть позже обернулся, если его в бою поранили, да сразу не убили. Вот они и лезут: то один, то другой, хотя уже давно должны бродить все вместе. И тот бес, который от нас сбежал, в богатой одежде, он тоже куда-то делся. Может, где-то тут прячется.

— Так что делать будем, Елизар?

— Нужно лезть, но без огня, это всё равно, как на Голгофу. Давай факел сделаем и бросим туда. Обождём и осмотрим всё.

Вадим пожал плечами, он-то не против, решение казалось очевидным. Поискав вокруг, они набрали пук сухой травы, содрали березовую кору с дерева. Затем обернули всё это вокруг палки, связали сухими стеблями, подожгли кресалом и кинули в темноту погреба. Факел запрыгал по земляным ступеням и, зашипев от влажности, осветил внутренности погреба.

Взорам Вадима и кузнеца открылось небольшое пространство со свисающими крюками, на которых ничего и не виднелось. Дальше искрил ледник, поблёскивающий в свете пламени искорками прошлогоднего льда. Спустившись уже без опаски, они собрали с поверхности льда несколько больших пластов свиного сала.

— Жаль, что больше ничего нет, — кузнец с досадой осмотрел почти пустой ледник. Всё выволокли, ироды. Ладно, давай набивать мешки, и в обратный путь.

Выскочив из погреба, они осмотрелись. Наверху ничего не произошло во время их отсутствия, всё также пустынно и тихо, только ветер шевелил листву кустарников и деревьев, и это пугало. Всюду чудились мертвяки.

«Особенно весело будет здесь ночью, наверное», — подумал Вадим и поёжился. А кузнец всё не успокаивался в своей жадности.

— Нужно ещё поискать. Место в мешках есть пока. А то грех возвращаться назад полупустыми.

Вадим ничего не сказал, грех он видел совсем в другом, но по своей привычке промолчал. Надо, так надо, и они двинулись дальше вдоль села. Но тут возле одной избы из бурьяна вдруг поднялся бес и с боевым мычанием бросился на Елизара. Удар бердыша навечно упокоил несчастного, а они пошли дальше. Добыча прирастала, но особенно ценного ничего они больше найти не смогли. Видно, что крестьяне небогатыми оказались, а отряд, напавший на село, небольшим.