– Вайсс, Нео, вместе мы их одолеем! Навались! – бросилась в бой златовласая блондинка.
Команда RWBY… я их обожаю!
Безумно счастлив от того, что лишь со мной способна ты к разврату…
Владимир Петрович Вишневский, российский поэт, юморист.
– Роман, ты ужасен… – наклонила голову вбок Вайсс. – Это бесчеловечно… – последовала новая оценка спустя секунд десять. – Как ты можешь быть таким жестоким? – потрясённое качание головой.
– … Вайсс, ты бы убрала с лица улыбку до ушей, а то не очень убедительно, – со снисхождением во взгляде попеняла ей Янг.
– Угу, ещё и запись шестой раз уже пересматриваешь, – присоединилась к сестре Руби, а из Свитка, куда всё это время смотрела Снежинка, как раз начали доноситься новые куплеты про «Теперь я умею читать ваши мысли, теперь я могу проходить сквозь стены…» в хоровом исполнении.
– Боже мой, они и правда это поют, – не обращая внимания на упрёки, вновь покачала головой Шни. – Ты — само Зло! – а у самой глазки горят и личико за малым не трескается от радостной улыбки.
– Роман… – медленно и мрачно начала Блейк.
– Да, дорогая? – изобразил я лучшую из своих улыбок, сам отрывая взгляд от раз за разом перематываемой в начало видюшки, как Руби с видом и ухмылочкой коварнейшей злодейки самозабвенно изображает великое колдунство над кроватью спящей Вайсс.
– … – на большее Котёнка не хватило. Я отчётливо видел, как её переполняют эмоции и желание сказать мне много-много интересного, но девушка явно никак не могла определиться, что же первое выдать… Ровно до того момента, как из Свитка донеслись особо громкие и душевные куплеты: «Я, я, я — Ужасный Мутант-Хомячок!» в исполнении нескольких десятков фавнов. – Да как?! Как это возможно?! – прорвало брюнетку.
– Согласен, для боевого крыла террористической организации они находятся не в лучшей форме, но, хэй, раньше ими командовал Лейтенант, а он звёзд с неба не хватал, приходится навёрстывать! – не упустил я момент «правильно» интерпретировать крик души моей нэки.
– Как они это терпели?! – продолжила возмущаться Котёнок. – Это же… это же форменное издевательство! А ещё расизм! Ты ведь на самом деле… – девушка скосила янтарный глаз на Свиток, – ходишь между рядами изнывающих от тяжёлой работы фавнов с электродубинкой и заставляешь работать! Да это же натуральные рабство и эксплуатация!
– А ещё — жестокое обращение с животными, – покивал я.
– Рыжий, ты перегибаешь, – нахмурила брови Янг. – Не, я понимаю, что террористы должны страдать и всё такое… Не смотри на меня так, Котёнок, я вообще-то пытаюсь его отчитывать!