В этот момент я чувствую, как меня хватают за ноги. Валят и волокут вперёд. Во тьму.

— А… Зараза!

Я рублю клинком наотмашь. Почти наугад, только примерно себе представляя, где находятся нити, которые меня схватили.

Ширх!

Лезвие высекает искры. Разрезает большую часть нитей, и они меня отпускают, а одновременно с этим ко мне приходит резкая боль в лодыжках.

Я, прямо через броню, которая является моей живой внешней оболочкой, чувствую нарастающее жжение. Это, как если бы, меня стеганули крапивой по ноге.

Жжёт, но терпимо. Это даёт обратную связь. Позволяет ощутить потерю, а не притупляет чувства, отрезвляет, а иначе, в горячке боя, можно ощутить себя неуязвимым и пропустить удар.

— Ну⁈ — снова кричу я Пауку. — Готово⁈

Биомех молчит, он же — немой.

Только поднимает щупальце над своим корпусом, и я вижу, как на нём появляются грязно-бурые капли со смолянистым оттенком.

«Горючая смесь! — говорю я сам себе. — Теперь, внимание, вопрос, а как её использовать? У меня же нет огнемёта, ёмкости, куда её можно перелить и прочей фигни. Да, даже зажигалки нет, чтобы её запалить! Только… если…».

Идея будто повисает в воздухе.

«Распылить горючку, как аэрозоль! А потом, как-нибудь поджечь! Создать эффект, как от термобарического боеприпаса! Чтобы здесь всё разнесло к херам и сожгло!»

— Давай! — приказываю я Пауку. — Рас…

Я не успеваю закончить слово, как нити хватают меня со всех сторон, будто стальные тросики. Оплетаются вокруг моих рук и ног, туловища, и, все разом, дёргают меня вверх, протянув перед этим с пару метров по жиже.

Взлетаю под свод этой мясницкой. Прямо навстречу биомассе, которая хочет жрать.

Щель в этом желе раскрывается ещё сильнее. Она становится похожа на уродливый рот, края которого расходятся в стороны, как губы, и дрожат, в предвкушении очередной добычи.

Я, как могу, упираюсь, дёргаюсь, стараюсь разрезать нити, но они меня держат так, чтобы я не трепыхался, растянув за руки, и за ноги, как распинаемого на косом кресте.

И тащат, тащат всё ближе к гигантскому рту, из которого вытекает слизь.

Дело — дрянь!

Такого со мной ещё не было!

Ещё несколько секунд и я окажусь внутри этого мешка с кислотой, из которого нет выхода!

Я, изловчившись, выворачиваюсь, и ору Пауку:

— Распыляй! Залей здесь горючкой всё! Живо!

Биомех, будто читает мои мысли. Он быстро перебирает своими лапками и, держа щупальце поднятым, начинает бегать туда-сюда, разбрызгивая горючее вещество, как из брызгалки, во все стороны.

Не знаю, что он там нахимичил, но эта горючка, смешавшись с воздухом, или, чем я там сейчас дышу, превращается в такую мелкую взвесь, которая висит и не падает, а витает, и поднимается вверх, как туман.