Достаточно.

Александр убрал руку. Медленно поднялся на ноги. Это было чертовски сложно. Поднял голову. И сквозь прорези чудом уцелевшей маски посмотрел на бегущих к нему толпы людей.

Среди них увидел и Корнелию с Фрейей и Ингрид. Узнали ли они его? Возможно. Но должны додуматься, что он неспроста носит маску, верно? Конечно ему хотелось обнять их здесь и сейчас. Сказать, что всё будет хорошо. Что он защитит их. Что…

«Нет… Нельзя. Простите, девчат. Но после сегодняшнего выступления меня будет искать не только Российская империя, но и другие. Все захотят разузнать секреты Воробья. Я… пока не готов противостоять всему миру…»

Он отвернулся от бегущей толпы.

Кто-то из капитанов прокричал:

— СТОЙ! ИМЕНЕМ ИМПЕРАТОРА ПРИКАЗЫВАЮ ОСТАНОВИТЬСЯ! ТЫ ДОЛЖЕН ПРЕДСТАТЬ ПЕРЕД КОМАНДОВАНИЕМ! ОБЪЯСНИ КТО ТЫ! КАК ТЫ…

Другие офицеры также стали кричать о том, что ему необходимо сделать доклад. Написать блядь рапорт.

Воробей только усмехнулся и скрючился:

— Ох… какие же они забавные в своей наивности. — сам же обернулся и прокричал исковерканным насмешливым голосом. — Прошу простить! Я разрываю контракт наёмника! Всего хорошего! А! Чуть не забыл! Передайте мой арбалет старому хрычу Железнову! А! И ещё! — он указал пальцем на бежавшую троицу. Корнелию, Фрею, Ингрид. Те вдруг замерли, остановились. Он же отправил им воздушный поцелуй.

«Ну всё, теперь мне точно звиздец…» — улыбался он и помахал им рукой, а после чего щёлкнул пальцами. Пред ним выросла контурная золотая стена. Через секунду та рухнула, а Воробей исчез.

— Сбежал… — дёргался глаз у обескураженной, но сука ДО НЕБЕС счастливой Корнелии.

— Просто взял и свалил, — фыркнула улыбающаяся во все зубы Ингрид. — Вот он попал…

Фрея же закусила губу:

— Плохой мальчик… будет наказан…

* * *

Пурга взбесилась окончательно.

То, что весь день крепчало постепенно, превратилось в безумие стихии. Снег валил стеной, ветер выл так, что заглушал крики людей. Видимость упала до пяти метров — дальше только белая мгла, в которой терялись и свои, и враги.

Воевать в таком невозможно. Строй не держится, приказы не слышны, стрелки не видят целей. Даже эфир вёл себя странно в такой буре, контуры расплывались, техники уходили мимо цели.

И тогда раздался звук.

Низкий, протяжный рёв британского горна прорезал вой пурги. Сигнал, который знал каждый — и свой и чужой.

Отступление.

Британцы решили отступить.

Не только из-за потерь, не только из-за смерти Рональда Андерсона и парочки других архимагистров. Пурга решила исход битвы. Завалила поле боя снегом, сделала сражение невозможным. Но на сегодня. Как только погода утихомирится… всё продолжится.