Тишина.

Трещали дрова в камине. Волконский стоял тише воды. Он считал. Взвешивал. Оценивал каждое слово, каждую интонацию. Мальчишка был честен, уж это старец чувствовал. Но честность и предсказуемость — очень разные вещи.

Император медленно кивнул. Отнюдь не соглашаясь, нет. Принимая к сведению. Как принимают первый ход в партии, понимая, что впереди ещё сотня.

— Союзник, — повторил он сухо. — Хорошо. Тогда позвольте рассказать вам кое-что, князь. Как союзнику.

И встал. Подошёл к тумбе с картами. Взял одну и развернул на столе поверх других. Огромная, подробная, с кучей разноцветных пометок.

— Восток, — произнёс он. — Шесть месяцев назад Китайская Империя и Японское Царство выступили объединённой военной кампанией против наших восточных рубежей. Маньчжурия, Сахалин, Курилы… всё под ударом. — его палец двинулся по карте. — Здесь, — ткнул он в точку у границы, — стоят наши войска. Два корпуса. Шестьдесят тысяч человек. И два лорда-эфироправа. Они держат позицию. Пока держат. Но азиаты наращивают силы и давят всё сильнее. Уверен, вы понимаете масштаб. Китай с Японией — не Британия. Не Франция. Миллиардное население. Собственные эфирные традиции, которым тысячи лет. И лорды… — он выдержал паузу. — По нашим данным, у Китая не менее восьми собственных лордов-эфироправов. У Японии — ещё четверо. Итого — двенадцать. Против наших двоих на границе. А если добавить британца Мордреда…

— Мордреда? — Александр произнёс это имя ровно.

— Четвёртый лорд-эфироправ Британии, — Николай перевёл взгляд с карты на него. — Отвечал за внешнюю политику. Пять лет назад предал Корону. Ушёл на Восток с легионами. Теперь — на стороне Китая. По сути — их главный стратегический козырь. Европейский лорд, знающий наши методы, наши слабости, наши контуры. — он вновь умолк, а затем закончил более сурово. — Итого тринадцать потенциальных лордов, что могут в любой момент подключиться в битву против двух наших. Расклад, князь, не в нашу пользу, и это ещё мягко сказано.

Александр смотрел на красные и синие метки. На линию фронта. На стрелки наступления. Лицо оставалось абсолютно нечитаемым. Внутри — другое. Мордред. Конечно, он запомнил это имя наизусть. Британец, отдавший приказ уничтожить род Северовых двадцать шесть лет назад. Человек, из-за которого девятимесячный мальчик — Сашка в будущем Волков остался один. Сколько боли он принёс Северу…

— Тринадцать против двух, — произнёс он задумчиво, глядя на карту. — Плюс численное превосходство в солдатах. Плюс логистическое. Плюс Мордред знает ваши методы изнутри. Тяжёлая ситуация.