— Помню, лапуля, как принесут лучшее, так и закажешь любое по вкусу.

Та просто улыбнулась.

Палыч прифигел! Во мелкий даёт! Он тут чуть не помер от одного только взгляда этой демоницы, а этот её так по-хозяйски! МУЖИК! СТОПРОЦЕНТНЫЙ МУЖИЧАРА!

Боцман принёс единственную бутылку, которую берёг для самого особого случая. Откупорил. Разлил в кружки, бокалов у него отродясь не водилось.

Паренёк понюхал. Пригубил. Кивнул.

— Отлично! Оставьте бутылку. И принесите ещё меню для дам. И что-нибудь поесть сразу. Хлеб, сыр, мясо. Что есть. Голоден, как волк, да и девочки мои тоже.

— Угум, — кивнул Палыч. — Всё сделаем, гости дорогие!

И поспешил на кухню, да в погреба. А вообще, почему такое странное чувство, что лучше лишний раз не подходить к ним без приглашения? Что-то с этим пареньком не так. Что за пугающие глаза? Как демонюка жуткий! Да и, вообще, кто они такие? Чутьё старого моряка подсказывало: лучше от них держаться на расстоянии вытянутого весла. Это точно.

Первые минуты в таверне тишина. Гостей не было, кроме ввалившейся кампании из юноши и четырёх женщин. Так что повисло некое молчание, не из разряда неловких, наоборот, в ней было нечто своё, близкое для всех присутствующих. Молчание людей, которые слишком долго не виделись и не знают, с чего начать самый обычный разговор. Начать ведь можно с чего угодно, и всё будет неправильным, не тем. Слишком малым. Слишком поздним. И скорее всего — слишком мимо.

Корнелия сидела, как и подобает высокородной даме. Она, вообще, смотрелась инородно в этой припортовой таверне, слишком идеальная. Фрейя молча смотрела на вино в кружке, которую держала обеими руками. Северянка была счастлива, даже волновалась, неуж-то этот час настал? Час воссоединения.

Ингрид просто выпила вино залпом. Громко поставила кружку, вытерла губы тыльной стороной ладони.

— Ну, — взглянула она на Сашку. — Рассказывай.

Тот усмехнулся. Чёрт побери, ну как можно её не обожать? Когда она вот такая бесцеремонная, как и при их знакомстве, разве не здорово? Кстати, с годами стала понаглее, увереннее, как и подобает женщине, что собирается возглавить племя — слабая предводительница там не нужна.

— Что именно?

— Да всё. Все девять лет. От начала до конца. Где был. Что делал. Почему не писал. И почему, — она задумчиво оглядела его, — выглядишь так, будто вышел на рыбалку и вернулся, а не пропал на годы.

— Что ж, это не такая долгая история, как вам кажется, сейчас сами узнаете…

И он начал.

С самого начала. О подстроенной смерти и причинах. О маске стрелка Воробья в Долине Костей. Тут было бурное обсуждение, что они всё поняли! Когда он послал поцелуй! Ну, а потом рассказал и об Аннабель. И о том, что она нашла его полумёртвым и приложила руку к его спасению, вот только она сама, как и Александр предполагали, что восстановление займёт неделю-две, но никак не девять лет. Сам юноша не стал пояснять почему так долго приходил в себя, всё равно не поймут, что он не только повредил всю эфирную систему в бою с Андерсоном, и едва не умер, так при этом у него ещё было перегружено духовное ядро, а тело буквально разлагалось как у зомби, ещё до начала сражения. Одно то, что он восстановился, уже было чудом. Да, пришлось заплатить за это временем, но у всего есть своя цена. В общем, они решили, что он ведь Ненормальный Практик, так что проспать девять лет в пещере для него что-то около обычного дела. После этого он рассказал о своём путешествии в Лондон, так как, по сути, был к нему чуть ли не рукой подать. Там-то он и спас Аннабель из лап безумной старухи, а по пути и Изабеллу, ну и стал королём, вытащив меч. Про свои похождения с незнакомыми англичанками он решил опустить, но те и так догадались, что он там сбивал девятилетнюю спесь. Конечно вопросов была тьма! И на все он ответил скрупулёзно, ведь действительно не был виновен в своей пропаже на все эти годы.