— Долей ей ещё вина, милый. Да и ты, Аннабель, подсаживайся ближе.

Генеральша бросила на неё взгляд. А Романова-Распутина коварна! Хитра, как лиса! Вообще-то, Аннабелька хотела построить из себя жертву, чтобы Хозяин пригрел ночью, пожалел. Но Корнелия сорвала её планы! Что ж, делать нечего, пришлось подсесть.

Ингрид хмыкнула:

— Если ты доверяешь ей, Александр, то значит и я доверяю. Но если она попытается что-то с тобой…

— Ингрид, — шикнула Фрейя.

— Ладно-ладно. Молчу. Пью.

И выпила снова залпом. Она, что успела протрезветь в карете по пути сюда⁈ Снова же будет в зю-зю! Ещё кружка! Ещё! ОСТАНОВИСЬ, ДОЧЬ ВОЖДЯ! Та ненадолго и правда остановилась, взглянула на Аннабель и, прищурившись, произнесла:

— Кстати, ты ж генерал, а сколько тебе лет?

Аннабель посмотрела на неё безэмоционально:

— Пятьдесят.

Тишина.

Ох, жестецки какая тишь!

Кружка в руке Ингрид замерла на пути ко рту. Фрейя не моргала. Одна Корнелия, что видела чуть ли не воскрешение собственной матери и её омоложение, практически не удивилась.

— СКОЛЬКО-СКОЛЬКО? — переспросила с выпученными глазами Ингрид.

— Пятьдесят, — повторила Аннабель тем же ровным тоном и отпила вино. Ах, да она издевалась даже своим поведением! Мол, что удивляетесь, деревенщины⁈ Да мне полтос, что такого⁈

Ингрид подскочила к Аннабель. Без спроса потрогала её лицо, взяла за щёки! Гладенькие, чистенькие, с кожей, которой позавидовала бы любая восемнадцатилетка! На шее тоже не единой морщины! Руки тощие, но явно СИЛЬНЫЕ! Вон какая эфирная аура!

— Пусти, — фыркнула Аннабелька, но явно наслаждаясь моментом всеобщего обескураживания! Узрейте же красоту подчинённой Ненормального Практика! И знаете, что он с ЭТОЙ КРАСОТОЙ ДЕЛАЕТ! ОГО-ГО ЧТО! Обзавидуетесь, глупышки!

Ингрид же обернулась к Александру. Обратно к Аннабель. Снова к Александру.

— Пятьдесят⁈ Ей. Пятьдесят. Лет. А выглядит она… — и прищурилась, — на, кхм, восемнадцать, с ОЧЕНЬ большой натяжкой.

— Без натяжки мне дают шестнадцать, — издевательски заметила Аннабель. — Так раздражает. В тавернах не наливают.

— Пятьдесят! — Фрейя произнесла это, как произносят диагноз. — ТАК она старше меня! СТАРШЕ МЕНЯ НА ЦЕЛЫЙ ГОД… И выглядит как моя… как моя дочь. Или внучка!

— Фрейя, не преувеличивай, — успокоила её Корнелия, но сама не могла оторвать глаз от Аннабель. Годы генеральши будто бесследно испарились, словно ей отмотали время назад. Это не эфирная маскировка, не иллюзорный контур, она реально молода.

— Как? — Фрейя обратилась к юному Александру. — Как ты это сделал?

Тот крутил кружку. На довольной морде та ещё лыба: