Миниатюрный арбалетчик подошёл к нам. Посмотрел в глаза сначала доктору Кон, потом мне. Ощущение было ни с чем не сравнимое - будто я в его взгляд проваливаюсь. А ещë - будто что-то незримое постигло меня. И пока что одобрило. Потом он подошёл к Каю Рахаду, пронзив глазами и его тоже.

- Вы гости вьин-лло, - изрëк он задумчиво, - Я дарю вам право знать наши имена, а мы будем знать и хранить ваши. Я Тьерк-шай. Это Син-цьит и Ани-хао.

Я не дала бы ломаного гроша за свою способность сразу запомнить, кто из них кто, и была уверена, что и вьин-лло нас тоже пока не различают. Вилайна назвала наши имена не менее возвышенным тоном.

- Вы должны поклониться Великой Согревающей! - сказал после этого Тьерк-шай, - Она благословит вашь путь - вы уйдëте как дорогие гости. Она запретит ваш путь - вы никуда не пойдëте. Она проклянëт ваш путь - вы умрëте. А пока дымом очагов вьин-лло будете дышать, хлеб вьин-лло будете есть, воду вьин-лло будете пить!

Я украдкой бросила вопросительный взгляд Вилайне. Она так же осторожно отрицательно покачала головой: нет. Ничегошеньки мы не предпринимаем, у нас из оружия и снаряжения толком ни черта, а в листве, с большой вероятностью, прячется всё племя милых вьин-лло. Отлично видящих в темноте и умеющих по собственной воле включать и выключать аномалии.

- Мы будем счастливы увидеть дома вьин-лло! - горячо заверила Вилайна аборигена. Тот поклонился ей, а потом слегка ударил себя кулаком по груди. Наша доктор повторила его жест, и на этом с церемонией знакомства было покончено.

Как я одолела путь в селение вьин-лло на гудящих от усталости ногах и после всех пережитых ужасов, я сама не знаю. Разве что мудрое Нечто, притащившее меня в мир Зон и Дороги, лично присматривало за тем, чтобы я не подохла, ничем другим я это объяснить просто не могу. Прежняя Марианна Непомнящая Невский проспект из конца в конец без отдыха пройти не могла, хотя там всего-то четыре линха, тьфу, то-есть километра. Нынешняя, хоть и из последних сил, переставляла и переставляла ноги. Ни единой аномалии, правда, нам теперь обходить было не нужно. Каждый из троих вьин-лло встал впереди одного из нас и при встречах с подозрительными искорками и лужицами как-то по-особенному водил над ними руками. И аномалии оставались неактивными, а то и вовсе отползали с дороги, чтобы вернуться обратно уже за нашими спинами.

Селение выглядело так, будто его построили дети из всего, что обнаружилось подходящего на родительских антресолях и ближайших помойках. Хиленькие домики, казалось, способны развалиться от пинка. Тем не менее, была в них и своеобразная красота, потому что каждое из убогих строеньиц густо оплетали растения. Один из домишек отвели нам, велев как следует поесть и отдохнуть перед завтрашним поклонением. Я к этому времени умоталась настолько, что мне было наплевать на всё. Даже на невозможный цвет глаз Кая Рахада. Я вползла в хижину, пол которой оказался застеленным душистой травой и думала, что отрублюсь раньше, чем отстегну чудом не потерянный лазерник. Но сон не шёл.