Со стоном перевернувшись на живот, я тут же отполз назад, чуть не свалившись в пропасть. Та самая дыра, в которую я упал до этого, теперь не дышала холодом, а была обычной тёмной ямой.

— Агата! — взволнованно прошептал я, оборачиваясь.

Найти её оказалось легко — из пропасти в пещеру выгибался длинный ледяной язык, воткнувшийся в ближайшую скалу. И внутри льда, распластавшись по каменной поверхности, виднелся искажённый силуэт чародейки…

Кое-как вскочив на ноги, я подлетел к ледяной ловушке, со всего маху ударив кулаками. Где моё топорище⁈ Меня тут же охватил гнев от осознания того, что Губитель мог остаться на дне пропасти.

Не так я себе представлял спасение Агаты, ох не так… Боль в рёбрах скрутила меня, бросив обратно на колени.

Я снова приложился ко льду. А если магию огня⁈ Ничего… Ну да, я же покалечил себе контуры!

А если Тьму⁈ Тут же я привычным усилием мысленно призвал… Расщелину мне в душу! Не отзывается! Вообще не слышит!

Недолго думая, я даже начал грызть лёд зубами. Потому, выругавшись на самого себя, схватил ближайший камень и стал долбить им. Крепкий, зараза, хорошо наколдовала!

— Хморок, помогай! — зарычал я, в последний раз обрушивая камень на ледяную ловушку.

Бедный валун рассыпался в моих руках, а я снова упал на четвереньки. Крови из раны вытекло уже много, и перед моими глазами замелькали искорки… Ещё чуть-чуть, и я тоже прилягу здесь, рядом с Агатой.

«Я и не думал, что, получив обратно Губитель, ты вдруг растеряешь все мозги», — насмешливый голос Хморока прокатился по мне ледяным отрезвляющим душем.

Губитель⁈ Какой, на хрен… погоди…

Медленно выдохнув, я вернул себе самообладание. Даже стало стыдно за такой взрыв эмоций, но горячему броссу это было простительно.

Собравшись с силами, я кое-как сел, подобрал под себя ноги, закрыл глаза. Если Губитель Древа — оружие бога, то его невозможно потерять.

Первым делом я подумал о Белом Камне. Если я разгадал его действие, то я его нашёл. Мне даже не пришлось ничего воображать… Открыв глаза, я посмотрел на белый камушек в моих пальцах.

— Удобно, — буркнул я, переводя взгляд на другую руку.

В ней лежала уже не дубина, а самый настоящий топор. Массивное двустороннее лезвие, способное одним махом отрубить голову быку, тускло поблёскивало металлом во мраке пещеры.

— Так вот ты какой, Губитель Древа…

Я поднял оружие, потом приложил белый камушек к лезвию. Как и ожидалось, тот будто бы втянулся внутрь, оставшись просто белым пятном на железе. Вот и соединились камни, имеющие свойство смотреть в прошлое и будущее.

В задумчивости я поскрёб щетину на щеке. Так, а если… Опустив взгляд, я приложил лезвие к ране на животе. Что там надо подумать, чтобы исцелиться? И получится ли? Э-э-э… У Бездны заболи, у Яриуса заболи, а Малуша исцели.