А может, попробовать ещё и воздушной магией? Сосредоточившись, я вызвал внушительный поток, ударивший в ворота с той стороны, и из щели на меня подул освежающий ветерок… Ну, хоть это радует.

Рядом требовательно проворчал медоёж. Я отошёл, и зверь, приподнявшись, надавил на торчащее из щели топорище, заламывая его. Мне вот-вот казалось, что оно треснет от такого веса, но, к счастью, рукоять от божественного Губителя Древа не ломалась.

А потом створка накренилась и жалобно завизжала нижняя целая петля, выламываясь, а с той стороны надсадно треснул засов. Медоёж вместе с нами отскочил, и мы все стали наблюдать, как с угрожающим гулом створка поехала вниз…

Она наклонилась на добрый метр, снова со скрипом останавливаясь, и тут вдруг из открывшейся щели показали когтистые лапы. Это оказались матёрые упыри, и они, мешая друг другу, пытались пролезть к нам.

Судя по всему, Левон снабдил ядом всех подкупленных им стражников и наплёл им, что это какое-нибудь усиливающее зелье. Ну, так-то он не обманул — стражники, изуродованные тёмной магией, и вправду стали сильнее.

Вот пара упырей, высунувшая головы, заметила нас… и с потусторонним рёвом, уже чуть ли не раздирая друг друга в клочья, они ещё яростнее стали рваться к нам. Их когти легко рвали остатки петли и глубоко вгрызались в брёвна, наплевав на любые укрепляющие чары.

— Древо, прошу тебя… — Лука выступил вперёд, поднимая молот, но я положил ему руку на плечо.

— Не спеши, малой, — я покачал головой, — Они ещё не доделали работу.

— Какую?

Удивлённый Лука как раз обернулся, когда упорство упырей было вознаграждено и толстая створка ворот, вконец выламывая остатки засова и петли, с грохотом рухнула на землю.

Сразу выросло облако пыли, скрывшее от нас проход, и рядом свистнули вылетевшие клёпки и мелкие обломки. Из пыльной завесы раздалось угрожающее рычание, показывающее, что упырей оказалось гораздо больше, чем два.

— Вот теперь можно, — я убрал руку с плеча мальчишки, — Не жалей сил.

Лука, кивнув, тут же сделал шаг вперёд и поднял молот. Словно вспышка молнии осветила округу, и мы все зажмурились… Но я успел разглядеть, как в облаке пыли повисли силуэты прыгнувших упырей — три… четыре… семь! Сияние молота просветило семь силуэтов, и они так и замерли, подрагивая вместе с клубами опадающей пыли.

Свет молота погас не сразу, давая рассмотреть, как налетевший ветер подхватил пыль и разметал силуэты, словно это просто были невесомые сгустки праха.

— Ох-х, солёные соки Мавши! — выругался Агар, — То есть… о, Великое Древо, что это было?