Я растянулся в улыбке. Где-то во Тьме наверняка в истерике бьётся Бездна, которой я подложил такую свинью в самом начале моего пути. Ну а что, не только она может обманывать — в эту игру можно играть и вдвоём.

Зато я понял, что на самом деле думает Левон Багровый, который наверняка сейчас чешет изо всех сил по горным тропкам. Для него я — злой рок из пророчества Бездны, и нет ему спасения, если только он сам не обретёт настоящую силу. Возможно, он даже прибывающего из Лучевии в Моредар Шана Куо так не испугался, как меня…

Смердящий свет, а пророчество обо мне возымело даже большее действие, чем я ожидал! Ну наверняка же они все слышали об Ефиме из Солебрега? И о Вайкуле, хоть тот и был мелкой сошкой для прикрытия Тёмного Жречества? Слышали, что их больше нет, и что там замешан бросс…

Получается, Шан Куо, дядя Дайю, когда прослышит, что я в Моредаре, тоже будет убегать так, что только пятки сверкать будут?

— Так что делаем? — нервно спросил у меня Анфим, переглядываясь с Агаром.

— Ждём, — спокойно ответил я, больше поглядывая не на дружину, а на небо над морем.

Они с древесником были опытными бойцами, и прекрасно знали, что шансов против обученной дружины у нас немного. Тем более, за спинами воинов наверняка пряталась парочка магов.

— Ты ждёшь утра? — дюжинник кашлянул, — Бросс, нам солнце будет светить в глаза. Так себе преимущество.

Я пожал плечами.

— Всё равно ждём.

Сзади в унисон зарычали Кутень с Бам-бамом, когда командир отряда вышел вперёд и поднял клинок.

— Бросский воин! — его голос, явно усиленный каким-то артефактом, разнёсся над пустырём.

Я только сейчас заметил, что со стороны моря не было слышно шума прибоя, хотя, когда мы сюда двигались, слышали его. Значит, над крепостью ещё и чары тишины…

— Ты встал на пути великого Левона Кровавого, — продолжал вещать воин, — Это могучий колдун, его сила не измерима твоим скудным разумом…

— А хорошо складывает, — хмыкнул Анфим, — Это Лексий, десятник из нашей сотни. Как приоделся-то… тьфу, предатель!

— … но, помимо невообразимой силы, он имеет необъятную мудрость…

Моя улыбка растягивалась всё шире и шире. Просто теперь стало ясно, что этот Лексий, к нашему огромному счастью, не шибко умный.

— … постигает такие вершины магии, которые тебе, броссу, и не снились…

Потому что Кутень уже успел подняться повыше и обследовать все скалы сбоку от нас, где он так и не нашёл никаких скрытых отрядов. А если б десятник обладал хоть каким-то умом, то он уже давно разложил бы козыри по округе.

А иначе зачем весь этот цирк с проникновенной речью? Неужели просто для того, чтобы я, бросский тугодумный варвар, и вправду проникся?