Еще одно платье на кушетке не поместилось, да и не нуждалось в этом — ведь оно стояло рядом без всякой посторонней помощи. Внушающая уважение конструкция, можно сказать — целое здание на каркасе из китового уса. Шелк, парча, кружева… наверное, на него ушло больше ткани, чем на всю мою прежнюю одежду. А если мне захочется поймать кого-то в клетку и хорошенько отпинать ногами, достаточно будет лишь напрыгнуть сверху.

Просто ужас. Я еще раз оглядела комнатку в тщетной надежде заметить хоть что-то пригодное для надевания — и с трудом сдержала тоскливый вой. Спокойно, девочка, спокойно, это не нарочно, это не изощренное издевательство, у них просто мозгов не хватит на такое. Всего лишь невежество и дикость… а-а-а, Гнилые корни! То-то Молинари так любезно все подстроил. Ну кей, дайте мне только шанс…

Тут я, наконец, заметила, что судорожно сжимаю в левой руке свою любимую трубку — и принялась набивать ее дрожащими от холода и злости пальцами. Привычный вишневый аромат хоть и не улучшил настроение, но хотя бы придал мыслям объем и форму… дымного кольца, по которому они принялись носиться, словно пьяные белки. Р-р-р!

Определенно, моя нервная система сейчас пребывала не в лучшей форме — иначе с чего бы мне, словно какой-нибудь гоблинке, пытаться разорвать злосчастное платье. К тому же голыми ногтями здесь ничего особого и не сотворить, слишком хороша ткань, чтобы всласть покромсать ее на мелкие лоскутки, требуется нож…

…или ланцет. Вроде того, что я видела на столе Молинари рядом с колокольчиком. Отличный стальной ланцет, наверняка заточенный не хуже гномских сигиллей.

* * *

Можно сказать, что герцогу повезло. Если бы он увидел меня чуть раньше, с загадочно-довольной улыбкой на устах и ланцетом, то вполне мог бы обзавестись парой-тройкой седых волос. Впрочем, и так неплохо получилось.

Когда я вошла в столовую, герцогу как раз подали второе. Увидев мой новый наряд, Молинари охнул, выронил солонку и, всплеснув руками, опрокинул бокал с вином. Заменявший блюда слуга был выдрессирован лучше — он хоть и наклонил поднос, но успел вовремя придержать рукой уползающую тарелку.

— Приятного аппетита, — ласково пропела я, присаживаясь напротив. — Не прикажете подать еще порцию? — герцог механически, словно гномская заводная кукла, кивнул. — Приготовьте стейк филе-миньон с прозрачным соком, и к нему, — я сделала вид, что задумалась, — красное ардшское, а на десерт, м-м-м…

— Фруктовый чай и маффины, — очнулся Молинари. — И никакого мороженого еще неделю как минимум. Это я говорю как ваш лечащий врач, вэнда!