— Вообще-то я собиралась попросить парфе, — заметила я. — Но, раз вы настаиваете, пусть будут маффины.

Герцог не ответил, притворившись, что целиком сосредоточился на разделывании фаршированной курицы — нарезаемые им ломтики были тонкими почти до прозрачности… пока вдруг не потолстели до полудюйма.

— Не могу не отметить оригинальность вашего наряда, вэнда, — не отрывая взгляд от тарелки, промурлыкал Молинари. — Сапоги в качестве домашней обуви, равно как и жакет поверх, гм, ночной рубашки… несколько необычно.

— Зато удобно и практично, — парировала я.

— И очень эротично, — пробормотал герцог. — А жетон Ночной Гвардии на бретельке добавляет пикантную перчинку. Нет-нет, не надо целиться в меня вилкой. Просто, как ваш лечащий врач, я хотел напомнить, что здешний климат не столь комфортен, как в нашем родном Лесу. К тому же…

— Что?

— Уже ничего.

— Нет уж, — с нажимом произнесла я, — договаривайте.

— Я собирался попросить вас об одной услуге, — Молинари довольно неплохо изобразил гримасу скорби, переходящую в отчаяние, — касающуюся вашего с полковником расследования. — Но, похоже, что мне все-таки придется делать все самому.

— И что же это за услуга, — щелкнула дверь и через пару секунд на столе передо мной возникла тарелка с восхитительно парящим куском, нет, кусочищем жареного мяса, а рядом — уже открытая бутылка вина с белоголовым вулканом на этикетке. Я с огромным трудом удержалась от желания немедленно впиться зубами в еду и все-таки закончила фразу: — для которой я слишком… раздета? Вы собрались на прием к Ее Величеству?

— Не угадали, — Молинари взял бокал, — там, куда я собираюсь, прием будет значительно более холодный… во всех смыслах.

— Если проблема только в этом, — как можно беззаботнее прочавкала я, — то мне хватит пары минут, чтобы утеплиться.

— О, было бы превосходно, — зубасто усмехнулся герцог. — В таком случае я буду ждать вас в холле второго этажа… сразу после обеда.

Теперь уже настала моя очередь нарочито медленно водить ножом по мясу. Что же за гадость задумал «мой лечащий врач»? И где мне взять хоть какую-то теплую одежду? В комнате не имелось ничего подходящего. Можно, конечно, изобразить капустный кочан и натянуть на себя пять-шесть слоев тряпья, но это уже будет не эпатажем, а откровенным уродством. Да и вообще, судя по ухмылке кея, мне потребуется что-то вроде шубы. Хм… шуба… мех… право, жаль, что Молинари не подхватил у аранийских дворян их варварскую привычку развешивать на стенах жилищ охотничьи трофеи. Волчья шкура мне бы сейчас очень пригодилась. Или горного единорога — у них великолепный, мягкий и пушистый мех, ослепительно-белый, рядом с ними лесные сородичи выглядят почти как обычные лошади. Гладить живое чудо можно часами напролет, недаром в их стойлах всегда толпятся юные эльфы. А уж завести собственного — предел мечтаний, счастье на сотню лет вперед. Нет, стоп, назад, еще раз: шуба, мех, единороги, горы…