Все же отвернулся, дождался пока она спрыгнет с кровати и наденет свою бесформенную толстовку.

— Я хочу побыть одна, — проговорила Луна, отводя взгляд.

— Все уже произошло, никаких побочных эффектов быть не должно, — ответил я на недосказанность. — Если что-то все же будет беспокоить, найди меня.

— Хорошо, — проговорила девушка непривычно негромко, направившись к двери.

— Луна?

— Да?

— Я просил тебя считать вдохи-выдохи. Потренируйся — считать до ста, не думая ни о чем другом кроме счета, и еще попробуй делать какое-нибудь дело, параллельно считая про себя. Это поможет тебе перестать быть для меня ярким экраном, на котором написаны все мысли и чувства.

— Хорошо. Спасибо, — добавила она едва слышно, выскользнув из комнаты.

Долго стоял, глядя на дверь. Вообще, конечно, если очень мягко говорить, ничего хорошего здесь и сейчас не произошло. Просто невероятное стечение обстоятельств, которое в здравом уме повторять мало кто будет.

Во время поединка, махая тяжеленным молотом, я использовал силу крови на чуждом действии без предварительной тренировки способностей, а после еще резко приглушил способности, что тоже положительно на состоянии не отражается. Так что пару минут назад я был совершенно ослаблен и пуст, а Луна отдала мне всю свою энергию, целиком и полностью, буквально подменяя мою потраченную жизненную силу своей. Обычно нечто подобное для продления жизни практикуют некоторые ведьмы-ворожеи или инквизиторы — только наоборот забирая чужие жизни, а не отдавая свои.

В свою очередь я отдал Луне свою кровь, активировав прототип. Каждое из этих действий само по себе ведет к необратимым последствиям, крепко связывая нас навсегда, о чем я ей даже пока говорить не стал, чтобы не шокировать. Ну а уж о том, что теперь, если она погибнет я тоже могу умереть — или, как минимум, надолго лишиться значительной силы, знать ей и вовсе не обязательно. Если же погибну я, с ней все будет нормально. Почти — ну, не увидит мою смерть как обычно бывает с кровными сородичами, а прочувствует, неприятность какая.

Неплохо вечер провели.

Взяв мячик, начал подкидывать его под потолок — из пяти раз ловил только два-три. Координация пока заметно хромает — влитая рывком чужая энергия усваивается с трудом, поэтому нужно немало времени, чтобы привести себя в порядок.

Заряженный жизненной силой Луны так и не поспал, от подкидывания мячика перейдя к более сложным упражнениям — к рассвету практически полностью восстановив прежние кондиции в координации и реакции.

Все, пора вопрос с Винкельманном закрывать — подумал я, решив наконец избавиться от трупа в подвале. Но прежде вышел на пробежку, с удовольствием намотав на подошвы около десятка километров по пустым улицам, а когда вернулся домой на крыльце встретил Арину. Тоже собралась на пробежку и заметно удивилась при виде меня — от моего бодрого состояния, а не от моего отсутствия. Все же записку что ушел ненадолго я оставил, так что волнения в облике бывшей княгини нет.