— Нет! О каком долге речь?

— Это прискорбно, что не считаешь. Я попросил тебя считать дыхание как начало тренировки ментального контроля, а ты проигнорировала мою просьбу — и это совершенно не то отношение, которого я жду. Твой краткосрочный контракт услужения рассчитан на две недели. По его завершению, если не раньше, здесь уже будет князь Оскар или его представители, желая забрать тебя с собой, поманив сладкими предложениями. В клане Блейзер ты не продержишься долго — слишком ценный актив, и тебя купит кто-то из князей-кардиналов или даже приоров как инкубатор — есть такое применение для безродных способных девушек. Пара-тройка детей, которых после рождения ты никогда не увидишь…

Вдруг осекся — дыхание аж перехватило. Вновь воспоминания без концентрации на них потекли легко, но на упоминании девушек-инкубаторов споткнулись. А я ведь и есть один из таких детей, которых мать никогда не видела после рождения — и кто-то передал меня Львовым, возможно даже за деньги, чтобы использовать как куклу для тренировки. Но как с этим связаны воспоминания темного охотника у меня в голове, о котором определенно знали князь Пантелей и герцог де Санта?

— Родив пару-тройку детей, — вернулся я к наставлению, — которых ты никогда не увидишь, ты перестанешь быть инкубатором, потому что с момента восемнадцати лет чем старше мать, тем слабее кровь — это секретная информация, не советую о ней распространяться. В общем, рано или поздно ты пойдешь по рукам и закончишь как те женские тела, которые мы видели совсем недавно в альковах в замке князя Олега. Избежать такой судьбы ты можешь, оставшись в моем услужении. Если ты к этому не готова — тогда я не буду конфликтовать с твоим бывшим женихом, стараясь оставить тебя при себе, оберегая от него в благодарность перед твоей матерью, которой чувствую себя обязанным. Я не претендую на твою кровь и душу, но хотел бы от тебя честности и открытости — подумай обо всем этом и прими решение.

— А труп господина Винкельманна в багажнике — это какая часть честности с нами?

— Труп господина Винкельманна — это прямое следствие всех тех мутных незаконных дел, которые вел твой лишенный имени и титула отец, и которые привели тебя сюда, а его отправили в тюремное заключение. Если тебе будет интересно, как господин Винкельманн оказался в багажнике и почему, я тебе расскажу откровенно и детально, но прежде реши о своих дальнейших жизненных планах, — внимательно посмотрел я на сверкающую глазами Луну, после чего поднялся и отправился к себе.

Когда поднимался по лестнице, расслышал звонкий шлепок — похоже, кто-то получил награду за поведение. Когда заходил к себе в комнату, раздался второй — похоже, одной пощечиной чистоты восприятия добиться не удалось.