— Садись, — мотнула головой уборщица в сторону дивана, а после выплеснула в рот водку из стакана, — в ногах правды нет.

Олег кивнул и расположился прямиком под казачьей шашкой в ножнах, которая висела на ковре. Что примечательно — Веретенникова никогда никому до нее даже дотронуться не давала, и сама, заметим, в руки сроду не брала. Почему так, отчего — неизвестно, но факт есть факт.

— Чего хотел? — осведомилась у него уборщица. — Только не тяни кота за хвост, переходи сразу к сути.

— Был у Марфы, она знает, кто парней порешил, но просто так не скажет, — выполнил ее просьбу оперативник.

— Что желает в обмен?

— Некий перстень, который носит убийца. Она нам имя, мы ей цацку.

— Гулевая, — усмехнулась тетя Паша. — Отказал?

— Конечно, — с достоинством ответил Ровнин.

— Молодец. В качестве заманухи она тебе что рассказала?

— Да почти ничего. Какая-то иногородняя ведьма, прибыла в Москву пять-семь лет назад, носит перстень на безымянном пальце правой руки. Все.

— Негусто. И ведь еще наверняка приврала.

— Думаете?

— Уверена, — усмехнулась тетя Паша. — Скорее всего, в той части, которая со временем приезда связана. Только не знаю, в какую сторону стрелки сдвигать — то ли вперед, то ли назад. Думаю, второе вернее.

— Тогда все проще. Вряд ли в Москве до начала девяностых много приезжих ведьм пытались на ПМЖ осесть.

— Уж поверь, таких хватало. Крепка связь народов, русский с китайцем братья навек, «дорогие советские друзья»… Кого только к нам не заносило, перебирать замучаешься. Нет, некоторых можно сразу отмести, но список все равно окажется немаленький. Марфа не дура, понимает, что копать станем до породы, потому реальной зацепки тебе и не дала. Перстень… У всякой нормальной ведьмы есть перстень на безымянном пальце правой руки. Как молодуха первое запретное зелье сварит, так она колечко на палец и натягивает. Это вроде погон лейтенанта, которые курсанту после выпуска из военного училища вручают. Первая ступенька большой карьеры, так сказать.

— И это везде так? — уточнил Ровнин. — В смысле — и у наших, и не у наших…

— Ведьма — она и в Африке ведьма. — Павла Никитична поставила на стол еще один стакан, как видно, для гостя. — Составы зелий могут быть немного другие, цвет кожи разнится, кто-то налысо бреет череп, кто-то, наоборот, косу до задницы отпускает. Но суть и традиции всегда едины. В любой стране, в любой точке мира, на любом континенте любая ведьма при необходимости всегда поймет любую ведьму. И, кстати, нам тому у них следовало бы поучиться. Вон Аркадий пять лет назад помощи у французов попросил, так те его попросту послали. Нет, вежливо, галантно, но факт есть факт — послали. А ведь вроде одно дело делаем.