Ровнин пулей метнулся наверх, где достал из своего сейфа еще днем припрятанные в него дела, после наведался в дежурку, где поразился тому, с какой скоростью его коллеги опустошают вроде бы огромную на вид корзину. Вроде и отсутствовал-то всего минут пять-семь, а они ее чуть ли не треть уже опростали! Если так пойдет, то останутся от лесных даров одни воспоминания, да заполненная почти доверху красными ягодами трехлитровая банка, как видно, предназначенная для Морозова.

Потому Олег тянуть не стал, положил дела на стол, включил мигом зашумевший электрический чайник, без особых церемоний оттолкнул в сторону заворчавшего что-то, точно медведь, Антонова, и тоже принялся набивать рот пахучей земляникой.

— Пореже черпай, — потребовал Баженов. — И ешь чего подвернулось, покраснее не выбирай! А то ишь ты, хитренький какой!

— Тебе стареть нельзя, Славян, — прожевав ягоды, заявил Олег.

— Почему?

— Да потому, что ты в метро всех достанешь. И в автобусах. Все тебе будет не так, все не эдак. Замордуешь своими советами и претензиями московское народонаселение до печени.

— Не состарюсь, не боись, — хохотнул Баженов. — Как и все мы. Раньше сдохну.

— Не накаркай, — помрачнела Елена. — Не зови беду.

— Зови — не зови, а у всех нас судьба одинаковая, — отмахнулся заместитель Морозова. — Из отдела единственный путь на заслуженный отдых — вперед ногами, по-другому никак. Не я первый, не я последний. И вообще, вот как ты, Ровнин, приперся, сразу у всех мысли пошли не в ту сторону. Было же весело и вкусно, а теперь… Тьфу!

— Ухожу-ухожу, — зачерпнув еще одну горсть, заявил Олег. — Раз уж я вам так мешаю.

— Не нам, а Баженову, — с ехидцей произнесла Ревина. — Я-то только рада твоей компании.

— Правильно тогда сказали — тебе в ведьмы надо было идти, — глянул на нее Славян. — Есть в тебе червоточинка в их стиле. Любишь ты клин между друзьями вбить, а потом смотреть, как они сраться станут. Только шиш тебе! Чего нам с Олежкой делить? Мы столько водки вместе выпили, столько баб…

— Поняла-поняла, — перебила его Елена. — Можешь не продолжать.

— Слав, а с теми двумя детьми что? — спросил у Баженова Олег. — Гули? Или просто «потеряшки»?

— Ясности нет, — чуть помрачнел тот. — На гулей ничего не указывает, свидетелей нет, следов тоже. По всему выходит — просто куда-то запропастились ребятишки, да и все. Или кто-то другой их умыкнул, такое тоже возможно.

— Кто другой?

— Верно все Славян говорит, — влез в беседу Антонов. — Вы же в курсе, что у меня земляк один в «конторе» есть?

— Ты его через день упоминаешь, так что да, в курсе, — привычно язвительно ответила Ревина. — Еще бы, такой повод для гордости.