— Кхо-зяин — тр-рау? Или экх-тот… в шляпе? — постаравшись взять себя в руки, спросил я. Мой собеседник только головой качнул в ответ. — Впр-рочем… без р-разницы. Оба уже тр-рупы.

Я наклонился над пленником и тот, скребя ногами по железному основанию бывшей клетки, попытался отползти подальше. Тьфу ты!

— Да не дёр-кх-гайся ты! — отловив наконец удивительно ловко ускользавшего от моей хватки несчастного, рявкнул я, и тот обвис в моих руках безвольной тряпочкой. Такой же невесомой… Вспомнив, как срывал такой же ошейник с Фари, я сосредоточился и, ухватившись за бляху, послал в неё выверенный телекинетический импульс. Медяшка под моей рукой хрупнула и осыпалась на пол вместе с освободившейся кожаной лентой. Замерший было от испуга, пленник пискнул и поднял на меня взгляд зелёнющих, как первая весенняя трава, идеально круглых от изумления глаз… точнее, подняла. Вот же ж! Орчанка, чтоб меня! Хоть я их никогда и не видел, но опознал сходу.

Теперь я понимаю, почему зеленошкурые прячут своих женщин от чужих глаз! Сами они не отличаются внешней красотой, особенно на фоне всяческих трау и альвов… хотя, конечно, моему носорожеству только и судить о красоте других рас. М-да…

Но как же орчанки, оказывается, отличаются от своих мужчин! Насчёт фигурки ничего не скажу, за лохмотьями девицы форм не рассмотреть, хотя она явно миниатюрнее своих соплеменников-мордоворотов. А вот лицо! У орков кожа грубая, серовато-зелёная, и черты словно рубленные, а у этой девчонки мягкий овал лица, и кожа даже на вид нежная, цвета оливы. Скулы высокие, точёный носик… куда там расплющенным шнобелям её соплеменников мужеска пола, ноздри которых чуть не подпирают жёлтые клычищи! У орчанки же и прикус правильный, и кончики белоснежных клыков едва заметно прижимают нижнюю губу, отчего та кажется пухлее… и соблазнительнее. И глаза, да. Огромные зелёные омуты, в которых я чуть не утонул. Честно, я даже рад был той злости, что навалилась на меня спустя секунду и выдернула из этого наваждения. А то так и застрял бы здесь, наверное, соляным столбиком.

Но драххово дерьмо! Это ж каким извращенцем нужно быть, чтобы сажать и без того не имеющую возможности сбежать закабалённую ошейником девчонку в железную клетку⁈ Не, правильно я этих уродов грохнул. Пусть нечаянно, но правильно!

Оправились от удивления мы одновременно. Я осторожно отпустил хрупкое плечо девушки и отступил от неё на шаг как раз в тот момент, когда она смогла оторвать взгляд от лежащего под её ногами ошейника и перевела его на меня.

— Идём в хранилище… — мотнул я головой и договорил, заметив нарисовавшееся на лице орчанки непонимание: — Соберём тебе компенсацию, а потом пр-рочь с этого кор-рыткха, пока его гр-ремлины не р-разобр-рали по заклёпкам! Или ты кх-хочешь пойти на дно вместе с ним?