— Хорошего посмертия и удачного перерождения, брат. — говорю я: — надеюсь в следующей жизни ты не совершишь тех же ошибок. Надеюсь в следующей жизни мы сможем стать друзьями.
Осматриваюсь. Что-то в происходящем не дает мне покоя… ах, да. Двое, которые уже лежали на полу. Они убиты ножом, вернее — вакидзаши. Нет, не так. Они — совершили сеппуку перед боссом. Тот, что слева — очень похож по описаниям на Хиро. Хм. Вот как тут дела делаются.
— Благость и милость твоя… — магазин падает на пол, взамен защелкивается запасной: — да сопровождают меня все дни жизни моей… — все, мои дела здесь закончены, теперь время самого сложного маневра ассасина — уйти живым, целым и невредимым. Это будет сложно, учитывая, что выстрелы слышали все в поместье. Времени прошло очень-очень мало, это субъективно, кажется, что вечность я тут стою с пистолетом над телом Кумы, на самом деле… бросаю взгляд на часы. На самом деле с момента как мои ноги коснулись дорожки, вымощенной круглым камнем по эту сторону забора — прошло только четыре минуты. И если я потороплюсь, то у меня есть шансы уйти до того, как миллион разъяренных якудза погребут меня под своими телами.
Еще раз бросаю взгляд на тела. Тунц! Тунц! Тунц! Тунц! — иногда способность человеческого тела к выживанию поражает и не надо скупится на патроны, если хочешь быть уверен, что ты поставил точку. Убедившись, что теперь никто из лежащих на полу не встанет и никакая медицинская помощь не поднимет их на ноги — я подбираю упавший магазин и бегу к двери. Проверяю коридор. Чисто. Бегу по коридору, ускоряясь, вырываюсь на улицу и вижу… да, так и есть, во дворе практически все якудза, которые есть в поместье… но они сражаются между собой! Мелькают клинки, бейсбольные биты, где-то бой идет врукопашную…
— Аааргх! — на меня набрасывается ближайший с коротким клинком в руке. Отступаю назад и… тунц! — выстрел в корпус, тунц! — следующий выстрел в голову. Он падает, роняя клинок из своей руки, кровь брызгает во все стороны и… краем глаза я вижу движение, машинально подставляю под удар руку с пистолетом, отбивая его… отскакиваю назад и давлю на спусковой крючок, целясь в грудную клетку. Выстрела нет. Поднимаю пистолет. Да, так и есть, лезвие почти перерубило затворную раму из пластика, нарушило что-то в механизме спуска и сейчас лучше отбросить его в сторону, даже если он и выстрелит, то скорей всего — разлетится на куски, а с моим везением — обломок затворной рамы обязательно воткнется мне в глаз. Отбрасываю бесполезный кусок металла и пластика, выхватываю нож и…