— Братик вставай — раздается голос Хинаты в моей комнате: — я же вижу, что ты не спишь. Чего притворяешься?

— Я сплю. — отвечаю я, не открывая глаз: — вся наша жизнь — это сновидение. Иллюзия. Мара. Или Майя? В общем нет в ней ничего реального, все нереальное. Ложки нет.

— Ложка есть. Внизу, на кухне ложек полно. — отвечает мне Хината и мягкие ручонки начинают меня тормошить: — братик вставай! Вчера ты допоздна с мамой говорил, а я уже спаала! Я хочу знать!

— Многие знания — многие печали. — я переворачиваюсь на другой бок, отворачиваясь от Хинаты. Спину дергает вдоль шва, и я тихонечко шиплю. Спать я лег без приема обезболивающих, заживает спина, разрез был чистый, лезвие у Шизуки острое… если бы я соблюдал режим покоя, так уже и зажило бы все поди. Но жизнь в покое нам только снится и я намереваюсь поспать еще чуток.

— Ониисааааааааан! — ноет Хината: — открывай глаза! Мне спросить у тебя надо! Да не буду я про инцест спрашивать больше! Мне Бьянка-анэго все уже объяснила!

— С каких это пор она у тебя «анэго»? — ворчу я, приоткрывая глаз и глядя в стенку: — даже если ты ее как старшую сестру воспринимаешь, то как минимум Бьянка-онээсама.

— Неправда! — перебивает меня Хината: — она не просто старшая сестра! Она — наш главарь!

— Чей главарь⁈ — я поворачиваюсь и упираюсь взглядом в Хинату. Она уже одета в школьную форму и сидит на стуле у моей кровати. Сразу за ней — стоит Айка-тян, цветом лица похожая не то на варенную свеклу, не то на «неба утреннего стяг». Никакой частной жизни, думаю я, у меня с утра в комнате не только сестренка, которой Бьянка лекцию о пользе инцеста прочитала, но и ее подружка. Хорошо, хоть в школьной форме, а не в коже и латексе, у меня глаза бы лопнули.

— Нас! — гордо обводит рукой себя и Айка моя сестренка: — команду Бьянки-анэго! Раз! Два! Три! — она вскакивает со стула и встает рядом с подружкой. Поднимает руку вверх, тыча указательным пальцев в потолок: — Девичий триста пятьдесят пятый отряд «Десять тысяч лет Юности и Весны»! Я — командир отряда, великолепная и неповторимая Хината-тайчо! Имоуто Любовного Зверя Кенты и отважная предводительница Цветов Сакуры! Девочка, которая станет Гремящим Молотом и Клинком в руке Бьянки-анэго! Айка! — она машет рукой и Айка-тян нерешительно делает шаг вперед.

— Я… я… — выдавливает она из себя и ее лицо становится едва ли не малиновым.

— Ну же! Мы же репетировали! — подталкивает ее Хината, Айка зарывается лицом в свои ладони и мотает головой.

— Я не могу! — пищит она из-под ладошек: — это слишком стыдно!

— Почему триста пятьдесят пятый? — интересуюсь я. Мне все еще охота спать, но любопытство перевешивает. Их уже так много, или это подразделение скаутов «Красного Лотоса», или же моя сестренка берет цифры с воздуха?