В общем после своего небольшого «расследования» относительно характера будущего мужа, Елизавета пришла к решительному и однозначному выводу. Он — эгоистичный, мелочный и самовлюбленный мудак и скандалист. А потому решила действовать сразу.

План был хорош. Оскорбить его настолько сильно и при таком количестве людей, чтобы тот не выдержал и устроил истерику. А затем, плавно перевести происходящее на уровень стихийного бедствия, превратив приём в форменную катастрофу. Уж после такого ни о какой свадьбе и речи бы не шло.

А вместо этого… вот это⁈

Всю дорогу до поместья Шуваловых Лиза вела себя, как примерная девочка. Не говорила ни слова против наставлений отца. А внутренне, мысленно накручивала себя. Каждую минуту. Каждую секунду, что они ехали на приём, она подкидывала дровишек в печку собственной ярости, разжигая пламя такой силы, чтобы когда оно наконец вырвалось наружу, досталось бы всем.

А вместо этого… ей просто плеснули в лицо водой, превратив разгорающийся пожар в шипящие от недоумения угольки.

Теперь же к непониманию добавился ещё и страх. Мачеха и отец молчали всю дорогу с того момента, как они сели в машину. Как будто нарочно игнорируя её присутствие. И от этого Елизавете становилось не по себе. Очень сильно не по себе.

Лимузин доставил их к дому, где семью встретили слуги и проводили внутрь. Едва только отдала пальто, Елизавета тут же направилась в сторону лестницы.

— Я пойду спать, — резко заявила она, надеясь, что сможет укрыться в тишине и одиночестве собственной комнаты. Уж больно хорошо она знала взрывной характер свой мачехи. Да и отец от неё не сильно отставал.

Но не успела Лиза сделать и трёх шагов, как ногти с идеальным маникюром вцепились ей в запястье.

— Куда это ты собралась! — практически зашипела на неё Виктория, ещё не успевшая даже пальто снять.

— Я же сказала! Отпусти! Я…

Пощёчина оказалась настолько резкой и сильной, что ногти оставили царапины на щеке.

— Виктория!

— Хватит, Давид! — рявкнула в ответ графиня Игнатьева, с ненавистью глядя на съёжившуюся под её взглядом падчерицу. — Мне осточертело её поведение! Ей десять раз всё объяснили! Говорили и говорили, насколько важна для нас эта свадьба, а она…

— Так может сама за него и выйдешь, раз это так важно⁈ — с вызовом бросила в ответ Лиза.

Слова эти вырвались быстро. Слишком быстро, чтобы она успела хотя бы обдумать их и просчитать последствия. А потому поняла, что совершила глупость, стоило только увидеть искажённое отвратительной гримасой лицо мачехи.

— Ах ты дрянь, — процедила она сквозь зубы и вновь замахнулась ладонью.