Услышав, как я остановился, он, не открывая глаз, спросил:
— Выходил чего полезного?
— Думаю, да. По крайней мере, теперь знаю больше, чем утром.
— Вот и хорошо. Собираем вещи, какие надо, и выезжаем. Как у вас говорят — раньше сядешь…
— … дольше сидеть будешь, — закончил я. — Через час буду готов.
— Не гони коней, Лёня. Ближайший поезд до Минска только в десять вечера. Билеты по брони нам в спальный вагон гарантированы. Так что потихонечку.
Я вошёл в свою комнату, посмотрел на открытый баул, и произнёс протяжную ноту «ля». Не знаю, какой октавы. Я по жизни почти не матерюсь — зона отучила. Когда за небрежное слово могут и на перо посадить, начинаешь избавляться от опасного мусора в речи. Но тут случай очень серьезный.
— Что стряслось? — заглянул Михаил.
— Полиэтиленовые пакеты, — показал я на баулы. — Вероника привезла в них одежду, а я только сейчас понял, что их здесь не может быть.
— Ничего страшного пока не случилось. Давай, вытряхивай всё, бросим в ведро, в ванной сожжем.
Глава 7
В ванной, перед тем как начать жечь пакеты, Михаил вдруг хмыкнул:
— Вот люди, и правда, правая рука не знает, что делает левая. Зубную пасту они тебе сделали как настоящую, а тряпки в упаковочную бумагу завернуть не догадались.
— Я думал, купили в «Магните» самую дешевую. Здесь разве не порошком зубы чистят?
— В основном — да. Но паста есть. В Москве купить можно, точно такую, — он кивнул на тюбик с надписью «Санит», — за трояк. Дорого для рабочего класса, но имеется. «Хлородент» ещё продают, за ту же цену. Из-за этого и опасные бритвы в ходу. Стоит она тот же трояк, заточка — полтинник. А упаковка «Жиллет» — рубля два. Станок для них — пятерку. Вот поэтому все и рассказывают, что зубная паста советская чуть не при Брежневе появилась, а безопасных бритв не видел никто. Ладно, готов? Поджигай.
Пакеты, завернутые в бумагу, сгорели довольно быстро, оставив после себя лишь пепел и специфическую вонь.
— Выветрится, — махнул рукой Михаил. — Вентиляция здесь хорошая, через час и следа не останется. Слушай, сходи к Равилю, скажи, пусть нам на девять вечера такси вызовет. Пешкодралом до Белорусского вокзала по такой погоде неохота идти.
Я пошел искать дворника. И нет, прогибом это не считаю. Пора отвыкать от зоновских реалий. Не из-за чего тут в позу становиться. Кстати, надо узнать, как такси вызывать. Вот этот момент Вероника не учла.
* * *
За нами приехала «эмка». Точно на такой же я отрывал руки и гробил спину. Привезла она нас на вокзал за сорок минут до отправления поезда. Неслыханная беспечность для большинства населения. Но Михаил как бы меньшинство. Касса брони для военных, энкавэдэшников и всяких партийных работников радовала отсутствием очереди и наличием свободных мест.