Но поиски транспорта — не моя забота. Мне положено сидеть в номере, выходить для приёма пищи и начинать изображать заику. А то при таком количестве населения нет никакой гарантии, что нужный человек не увидит, как я сначала бодро излагаю мысли на непонятном языке, а потом изображаю косноязычного англичайника.
Обед в обычной чайхане оказался выше всяких похвал. Может, через неделю я буду нос воротить от морепродуктов, но пока всё нравится. Да, неплохо бы запить кебаб из креветок и фаршированную орехами рыбу белым винишком, но смесь апельсинового и гранатового сока вместо него пойдёт.
— В Дубай не желаешь прокатиться? — Миша кивнул на море. — Здесь рядом, можно нанять катер и сплавать. Сотни две километров по прямой.
— Спасибо, но нет. Даже я знаю, что там сейчас деревня. Как выяснилось, с рыбой и здесь совсем неплохо.
Нужный корабль попался очень быстро, буквально на третий день на рейде остановился пароход «Плимут», который шёл из Бомбея в Ливерпуль, что ли. Главное, что на нём нашлось два места и он доставит нас в Кейптаун. Я даже расстроился немного: попробовать все рыбные блюда не получилось.
На борт нас отвозила шлюпка, не очень и большая. Зато прислали её только ради нас двоих. Я подал оба чемодана, после чего влез на борт, причём помогал мне в этом специально отведённый матрос. Потом он и Мише руку подал. Мы уселись на лавку, моряки взмахнули вёслами, и мы поплыли.
Оказалось, документы проверяют на борту. А я уже настроился, что это будет похоже на аэропорт из нашего времени, где пограничник в кабинке листает твой паспорт.
Отправление прошло неинтересно. Сначала нам предоставили каюту, совсем малюсенькую, я там опробовал кровать и пришёл к выводу, что в жизни бывало и хуже, но не так часто. Часа через два к нам постучал стюард и попросил приготовить паспорта.
Делегация собралась солидная, аж три человека. Впереди выступал чинуша с таким кислым выражением лица, будто вот прямо сегодня похоронил любимую собаку. Впрочем, британские паспорта, сначала Мишин, а потом и мой, брал с уважением. Посмотрел мельком, полистал для порядку, даже не поднимая на нас глаз. Ну, и вернул с вежливым «Плиз миста Морган». Вот и всё. И чего ради я страдал в Ростове? Шлёпнули штамп — и мы оказались уже по другую сторону границы.
Эпилог
— Капитан Михельсон, расскажите об инциденте со старшим помощником.
— В Кейптауне мы приняли на борт пассажиров, среди них двух британцев: Нотча и Моргана. Мистер Нотч — явно бывший военный, думаю, майор, или даже полковник. И вёл он себя сдержанно, всегда вежливый, внимательный. А мистер Морган, он… вроде как пострадал при Дюнкерке, почти не разговаривал, слова тянул как заика. Но тоже тихий, ничего такого за ним не замечали. Первого помощника нам дали в конторе по найму, взамен выбывшего по болезни Дженкинса. Он тоже зашёл на борт в Кейптауне. Мне он сразу не понравился: груб с пассажирами, работу свою делал кое-как. Если бы не необходимость, ни за что бы его не взял.