Кстати, о кино. Пора прекращать насиловать себя. В голову уже ничего не лезет. Я вернулся в комнату, включил чайник и снова поставил вчерашнее кино, про хирургию. Вернул только на начало, потому что ничего не помнил из того, что вчера перед глазами мелькало.

А ведь смешно. И артисты хорошие. Почему я поначалу думал, что дурь какая-то? Просто вчера мне было не до смеха. Всего-то надо смотреть нормально, а не как Миша телевизор, лишь бы шумело что-то.

Фильм заканчивался, пошли последние кадры, на которых лечебница превращалась в картинку, на её фоне начало проявляться слово «Конец». Я протянул руку к чайнику, чтобы снова вскипятить воду. Надо ещё чаю заварить, чтобы мозги прочистить. И тут дверь в комнату открылась.

* * *

Вот кого не ждал, так это Сахарова. Что он здесь забыл? Его обычно безупречный вид был слегка нарушен. Во-первых, он одет в спортивный костюм. Во-вторых, волосы чуток растрёпаны. Для него это выглядело почти как неопрятность. И выражение лица расстроенное.

— Добрый вечер, — проговорил он обычным своим слегка презрительным тоном. — Я присяду?

Ответа он ждать не стал, пододвинул второй стул и уселся.

— Чай будете? — спросил я, лишь бы не молчать. — У меня только зелёный, в пакетиках. Как раз пить собирался.

— Нет, не надо, — отмахнулся Сахаров. — Скажите, Леонид Петрович, как вы оцениваете перспективу выполнения вашего задания?

— Никак. Я его только начал выполнять. По самому первому объекту трудно судить. В отличие от других, этот музей только открылся, его размеры не очень большие, значит, и экспозиция скромная. Что-то там говорили о четырёх сотнях экспонатов, но большей частью это мусор. А остальные я не видел даже. По планам судить трудно. Мы пока не знаем ни системы охраны, ни особенностей подхода. Но пока — и очень осторожно, можно говорить, что выполнить задание удастся в относительно короткое время. Хотя я не знаю, что там во второй половине вашего списка. Вдруг вы начнёте фантазировать и Янтарную комнату туда впишете.

— А что, сможете? — спросил Сахаров, и в вопросе этом не слышалось ни малейшей капли шутки.

— Вдвоём — нет. Её ведь даже не готовили к эвакуации, насколько я помню. То есть надо демонтировать всё за довольно короткое время. Или ждать, когда это сделают немцы. Но никто не знает, когда именно они вывезли её. Мой вам совет, если это хоть что-то значит: не думайте о таких крупных объектах. Нужно ведь не только украсть, но и вывезти. Это не тубус для чертежей, а грузовик.

Не знаю, что я ожидал увидеть в его взгляде, но разочарования там не наблюдалось. Или это он меня пробивает, не собираюсь ли обещать, что сделаю всё запрошенное? Не на того напал, я не работяга, который повышенные соцобязательства берёт. Если сомневаюсь — так и говорю. Кому надо, это знают и ценят.