— Добрый вечер, Лидия, — перебил я её. — Даже не знаю, какую страшную кару придумать для вас. Не хочу ничего слышать о пуговице! Срочно ведите меня, куда собирались!

Она улыбнулась. Тут я догадался вручить букет, и мы пошли ужинать.

Нормальный ресторан, кстати. Кормят неплохо, аккордеонист с пианистом развлекали публику как могли. Главное, не очень громко. Люди танцевали, но я воздержался. За всю жизнь я не усвоил ни одного танца. Поэтому совершенно не возражал, когда мою спутницу пригласил на вальс какой-то рыжий военинженер второго ранга. Конопатый, да ещё и в очках с треснувшим стеклом. Можно не бояться, что уведёт девушку из-под носа.

Застольная болтовня шла ни о чём. Мы потихоньку пили Кокур — официант смог убедить меня, что лучше этого массандровского вина у них не найдёшь. Лидия сокрушалась, что я пропал надолго. За это время мы упустили возможность сходить в Малый театр и во МХАТ.

— Жаль, конечно, но работа такая у меня, — вздохнул я. — Сказали: надо ехать, собрался — и в путь. Надеюсь, когда-нибудь совпадут моя возможность и ваше желание.

— Послушайте, хватит уже выкать, Леонид, — вдруг произнесла Лидия, сделав маленький глоток из бокала. — Как вы смотрите на то, чтобы перейти на «ты»?

— Положительно смотрю. Мы знакомы уже достаточно долго, пора упростить общение.

Улыбку я сдержать не смог, и Лидия тоже засмеялась.

— Как же хорошо, что ты появился. На работе все мрачные, будто на похороны каждый день приходят.

— Что-то случилось? Начальство поменялось?

— Нет, — ответила Лидия и продолжила совсем тихо: — Представляешь, в Киеве обокрали ещё один музей!

— Стой, ты же рассказывала, что в Минске…

— Да! А теперь в Киеве! Говорят, будто налётчики ворвались среди ночи с оружием, связали сторожей! Как в кино! Ужас!

— И что украли?

— Не то шесть, не то семь полотен. Есть мнение, что это одна шайка. Во-первых, они берут исключительно русскую живопись. В запасниках осталась карточка картины, которую они взяли, а стоявшую рядом вытащили, скорее всего, по ошибке, и оставили. Какой же кошмар там творится!

— И что, не нашли никого?

— Нет!

— А я думал, у музейщиков работа скучная. А тут вон оно что… Слушай, тебе не кажется, что наш десерт где-то потеряли? Мороженое наверняка растаяло за это время.

К важным вопросам я перешёл уже на улице. Чем меньше свидетелей, тем лучше.

— Тут такое дело щепетильное, — привлёк я внимание Лидии. — У тебя врачи знакомые есть? Желательно хорошие.

— А что случилось? Ты заболел?

— Не я. Мой товарищ. Там такое дело… Не может он обратиться официально… Нет, это не то, о чём ты думаешь, — засмеялся я. — Из другой области.