Этот переулок вывел нас на другую улицу ближе к реке. Я узнала амбар, за которым вчера пряталась и мне стало смешно от всей той ситуации. Проходя мимо одного из домов Илья вдруг помрачнел и сурово сдвинул брови.

– Ты чего? – спросила я.

– Вчера из этого дома ведьма девчонку утащила, совсем ещё крошку, – ответил он.

– Ого, – удивилась я и мое сердце похолодело, как будто кто-то сжал его ледяной рукой. – Жалко девочку. Но больше ведь не заберет никого?

– Да, больше никого, – кивнул он. – Дед Иван придумал на капище отнести говядо.

– Что это такое?

– Капище или говядо?

– То и другое, – оба эти слова были неизвестны мне.

– Ну, капище – это в лесу. Каменная площадка, туда из древне жертвоприношения подносили.

– Зачем?

– Лесную нечисть умасливать. Раньше коров отводили – говядо. А сейчас дед Иван хочет козленка поднести.

– Она возьмет козленка и перестанет утаскивать из деревни людей?

– Не совсем, – помотал головой Илья. – Она заманивает девчонок в лес, чтобы своими прислужницами сделать, помощницами. Когда наберет сколько, сколько нужно, тогда успокоиться. Обряд свой проведет. Не просто так же она их забирает, для какого-то обряда своего. И никакими подарками этого не отменишь. Так дед Иван сказал.

– А как тогда? – не поняла я.

– Дед Иван на козленке обереги специальные сделал, мы отведем его на капище, она возьмет его к себе и не сможет потом из леса выйти.

– Как так?

– Не выпустят обереги её из леса до самой осени. В них страшная сила заключена. Придется ей довольствоваться тем, что она итак утащила. А обряд нужно до Ильина дня провести. А после уж не нужно ей никого будет.

– И когда вы отправитесь?

– Сегодня в полночь.

– Ох, – вздохнула я. – Ты там поосторожнее, я буду волноваться.

– Хорошо, – он поцеловал меня в лоб. – Я буду очень осторожен.

Илья проводил меня до Малой улицы, и мы распрощались, я не хотела, чтобы Аська меня с ним увидела, не знаю, почему, но пока не хотела ей об этом говорить. До нашего дома я дошла одна. Проходя мимо ворот той странной семейки, я специально заглянула через приоткрытую калитку. Во дворе возились дети. Самая маленькая заметила меня и дернула за подол платья ту, двенадцатилетнюю, с которой я дралась у магазина:

– Василина, она на нас смотрит, – и тыкнула в меня пальцем.

Та обернулась, увидела меня, завопила и они обе с оглушительным визгом бросились в конюшню и захлопнули дверь. Я засмеялась. Вдруг из смородиновых кустов выскочила бабка и кинулась в мою сторону, размахивая полотенцем. Пришлось спешно ретироваться. Хорошо, что она не побежала дальше ворот, просто высунулась и стала грозить мне кулаком. Но я уже зашла в свой двор.