Но… даже несмотря на образ, лейтенант не чувствовала себя участницей бала. Всеми мыслями она была оперативником на точке: задание было приоритетом, а шёлк и атлас — лишь камуфляжем. Рядом, настороженный и неуклюжий в своём парадном мундире, ёрзал сержант Егор Петров. Он то и дело поправлял воротник, явно чувствуя себя рыбой, выброшенной на блестящий, пахнущий духами и цветами берег.

С противоположного сиденья на них смотрела Светлана Покайло. Если Анна была воплощением сдержанности, то Света — её полной противоположностью. Её платье цвета спелой малины облегало фигуру с вызывающей откровенностью, а глубокий вырез казался дерзким вызовом всему чопорному обществу.

— Главное — не терять бдительность, — проговорила Анна, разрывая напряжённое молчание. Её голос был ровным, рабочим. — Аукцион. Бал. Толпа, деньги, тщеславие. Идеальная среда для инцидентов. Егор, ты закреплён за восточным крылом, я буду в центральном зале. Светлана… — она на секунду запнулась, — светское прикрытие. Вращайся, слушай, запоминай разговоры. Особенно о лотах с аукциона.

Светлана медленно перевела на неё взгляд. В её глазах, подчёркнутых искусным макияжем, плескалась не просто ирония, а холодное, почти откровенное презрение.

— Милая моя, — голос её звучал томно и сладко, как патока, но каждый слог был отточен, как лезвие. — Ты, кажется, забываешь субординацию. Не ты здесь ставишь задачи. Я здесь по тому же приказу, но с той лишь разницей, что моя работа начинается там, где заканчивается твоя компетенция. Твоя — бегать по залам и ловить мудаков. Моя — следить, чтобы этот «инцидент», о котором ты так беспокоишься, не оказался государственным крахом. Так что не учи меня, что запоминать. Лучше проследи, чтобы твой сержант не разбил тут какую-нибудь хрустальную вазу стоимостью в его годовое жалование.

Егор Петров покраснел до корней волос и замер, будто надеясь, что его парчовый мундир сработает как камуфляж на этом фоне позолоты и бархата. Анна не дрогнула, лишь пальцы её, лежавшие на сумочке, слегка сжали бисерную ткань.

— Приказ о совместной операции подписан начальником управления, — парировала она, не повышая тона. — В нём чётко распределены роли и зоны ответственности. Ваша роль, Светлана, — создание легенды и сбор информации в неформальной обстановке. Моя — оперативное реагирование. Я не претендую на вашу сферу. Прошу просто выполнять свою часть работы.

— О, я её выполню, — Света усмехнулась, и её взгляд скользнул по строгому силуэту Анны. — Без твоих напоминаний. И, пожалуйста, не называй это «работой». Это искусство. Искусство быть невидимой на самом виду. Ты же, как я вижу, даже в бальном платье выглядишь так, будто сейчас начнёшь обыск с пристрастием. Расслабься. Хотя бы на полтона. Иначе тебя раскусят быстрее, чем этот бедный мальчик успеет чихнуть.