— Владимир, вы произвели фурор, — начала она, не делая ни малейшей попытки отойти в сторону.

Её голос был тягучим, как свежий мёд, с едва уловимой ноткой провокации. Она медленно обвела меня взглядом, словно оценивала.

— Вы только что превратили аукцион в личную драму, эффектно втоптали Баранова в грязь и ушли, даже не оглянувшись на свой «трофей». Дима всегда говорил, что вы — тёмная лошадка, но я и представить не могла, что эта лошадка способна вытоптать всю арену. Скажите, эти идиотские кости из S-ранга — это чтобы позлить Баранова, или вы действительно собрались играть ими в покер на души невинных олигархов?

Я остановился, с интересом разглядывая Катю.

В ней было больше непосредственности, чем во всём остальном бомонде, вместе взятом, и эта её прямота даже немного подкупала. Я поправил рукав, стараясь выглядеть максимально отстранённым, хотя внутри уже зарождалось то самое ленивое веселье, что придавало мне сил в подобные моменты.

— Екатерина, — ответил я, растягивая губы в улыбке, которая, как мне казалось, должна была сбивать с толку даже самых искушённых игроков, — вы переоцениваете мои планы и недооцениваете мою любовь к хорошим декорациям. Дима, конечно, мастер драматических преувеличений, но если он назвал меня «тёмной лошадкой», то, очевидно, просто не нашёл подходящего эпитета для человека, который предпочитает чистоту сделки чистоте светских рукопожатий.

— Но всё же…

— А кости… что ж, если у вас есть лишний вечер и желание увидеть, как S-ранг камень превращается в пустяковую безделушку, вы можете составить мне компанию. Хотя предупреждаю: я играю исключительно на интерес, а мой интерес сегодня — это исключительно покой и отсутствие вопросов о происхождении моего капитала.

Она неожиданно рассмеялась, и этот искренний звук неприятно контрастировал с общим фоном пафосного зала. Катя сократила дистанцию, почти вплотную приблизившись ко мне, и я почувствовал лёгкий аромат её духов: что-то древесное с нотками свежего дождя.

— Вы невозможны, — прошептала она, приподняв бровь. — Никто не ведёт себя так, когда у него в кармане лежит целое состояние, а на хвосте — весь город. Вы либо гениальный безумец, либо человек, который знает нечто такое, что делает деньги просто… скучной бумагой.

«Оп-па! А вот это уже подкаты! Жаль, что меня не интересуют дамы, падкие на капитал».

— Вы пытаетесь флиртовать? — попытался осадить сударыню.

— Почти… знаете ли, в нашей семье не принято отступать перед загадками. Дима считает, что вы — стихийное бедствие. А я… я просто очень люблю наблюдать за стихийными бедствиями из первого ряда. Так что, если ваш клубный вечер подразумевает не только игру в кости, но и честный ответ на вопрос, откуда у «дворняги» такие зубы, я буду там без опозданий.