— Не стоит, господин. Нужно просто подождать!

Минуты две она сидела неподвижно, потом резко встала, отряхнула руки и направилась к ним.

— Следы почти пропали, но я нашла кое-что, — голос Лайзы был спокойным, лишённым эмоций. Её глаза скользнули по лицам мужчин. — Здесь было два источника энергии. Два системных. Первый — слабый и, как мне подсказывает чутьё, женский. Вероятно, та самая Юлия Баранова.

Она сделала паузу, а затем медленно повернулась к центру зала, туда, где когда-то, судя по всему, висела люстра или находился камин.

— Но есть второй след, — продолжила она. — Он перекрывает собой всё. Он не похож ни на что из того, с чем мне доводилось сталкиваться в Прибалтике или здесь, у вас. Ядро… иное. Грубее, примитивнее в своей основе, но оттого более опасное. Оно не адаптируется к миру — оно пытается мир ломать под себя. След оставлен в момент крайней ярости, почти животного бешенства. И сила… — Лайза на мгновение закрыла глаза. — Сила чудовищна. Владелец этого ядра не просто убивал людей, здесь, в этом месте! Он выжигал пространство вокруг себя! Этот след очень мощный.

Валлек, всегда сдержанный, невольно перевёл взгляд на Игнатия. В глазах начальника совета дворян мелькнуло мгновенное понимание. Слабая девушка — это Юля, дочь Эльдара, которую они искали. А второй… Вторым, с его «чудовищной силой» и «животным бешенством», мог быть только один человек.

Тот, кто превратил зачистку особняка в кровавую баню. Александр Громов.

— Вы знаете, кто владелец ядра? — тихо спросила Лайза, наблюдая за их реакцией.

— Да, — выдохнул Игнатий Сергеевич, отведя взгляд в сторону. — Местный… молодой S-ранг. Системный с нестабильными способностями, который нужен нам через две недели на Ладоге-1. Именно из-за него ты здесь.

Лайза слабо улыбнулась. Эта улыбка ничего хорошего не сулила.

— Ищите быстрее, Игнатий Сергеевич, — произнесла она. — То, что я ощутила, — это не просто «нестабильные способности». Это архаика. Древний, дикий тип системного ядра, который редко выживает в современных носителях: они сходят с ума от перегрузок.

— Ты же говорила, что не встречала такого раньше?

Взгляды «сов» встретились, и по новой ухмылке «чёрной» Игнатий понял: система Лайзы дала ответ, а не сама Лайза.

— С такой системой, — продолжила эстонка, — он не будет играть по вашим правилам. Он — природная сила, стихийное бедствие в человеческом обличье.

— Что ещё скажете? — включился в беседу Валлек.

— Его следы, — Лайза мотнула головой и тяжело выдохнула. — Следы ведут отсюда. Он ушёл из этого места, но он жив. Куда? Я не могу сказать.