Игорь Семёнович, не отрываясь от карты, добавил:

— Нам нужно исключить потери мирных. Сами понимаете…

— Обычных людей мы защищаем, — согласился я. — Жертвы среди персонала «Башни» недопустимы. Мне нужно уничтожить только охотников и наёмников Барановых, которые там есть. Я это вполне могу сделать.

— Но, — не согласился тот. — Можно сделать всё гораздо проще, чтобы не выискивать цели в тесном помещении! Вы можете уничтожить систему кондиционирования и очистки воздуха на нижних технических уровнях. Автоматические системы безопасности «Башни» в таком случае начнут процедуру принудительной эвакуации ключевого персонала по стандартным, заранее известным маршрутам. Персонал «Башни» уйдёт, а вот Барановы — останутся, они будут понимать, что это вы. Так проще!

Я слушал, чувствуя странное удовлетворение. Это не была бравада Васильевой с её «лазейками». Это был холодный, технический план уничтожения. Практичный и безопасный для невиновных.

— Хорошо, — сказал я. — Работаем по вашему плану с «Башней». Анна Романова, ваши данные ныне не нужны.

Анна не смутилась, её улыбка лишь стала чуть более официальной.

— Прямота — это тоже форма честности, Александр Сергеевич. Мы это ценим. Однако мы располагаем данными не только по «Башне». Можно начать, например, с текущего расположения Эльдара Юрьевича Баранова и его ближайшего круга.

— Допустим, — усмехнулся я. — Дальше что⁈

— А дальше — данные я уже передала вашему вассалу, — она кивнула на Капризову. — Пускай она и продолжает.

Катя снова взглянула на свой планшет и добавила, уже адресуя мне и Усу:

— Теперь о посёлке «Бор». Это не просто резиденция. Это, по сути, укреплённая деревня, где живут члены семьи и их наиболее доверенные слуги. Штурм будет ещё более затратным.

— Не для меня.

— Не для нас с вами, господин, — парировала Капризова. — Я же правильно понимаю, гвардия останется для охраны строящегося особняка?

— Верно, — кивнул я.

Катя молчала секунду — слишком долго для её обычно мгновенных реакций. Затем её глаза медленно, почти с физическим усилием перевели взгляд от планшета на меня. В них читалось не просто непонимание, а расчёт: быстрая холодная оценка рисков, которую она, как мой вассал, обязана была сделать.

«Один? На „Бор“?» — этот вопрос висел в воздухе между нами — неозвученный, но предельно ясный.

Игорь Семёнович, Ус, даже Анна Романова — все они застыли в той же немой статике. Практичный план по «Башне», предложенный начальником СБ Крога, звучал как операция спецназа, требующая координации, ресурсов, времени.

Мои слова превращали это в блицкриг, в акт почти индивидуальной силы. Для них это было либо безумием, либо признаком чего-то такого, о чём они не знали. Я видел, как Ус, мой начальник безопасности, почти незаметно напряг мышцы шеи, готовый возразить, но сдержавшийся: дисциплина и странная, уже укоренившаяся уверенность в моих решениях остановили его.