По улицам ползли странные гибриды броневиков и живой плоти — машины на хитиновых колёсах, из выхлопных труб которых вырывались клубы зелёного дыма. А на тротуарах спешили по своим делам толпы…

— Ахренеть, — выдохнул я. — О, друзья Араниса, ой… точнее Жигано!

Тёмные эльфы были везде. Высокие, худые, с кожей цвета свежего асфальта и белыми волосами, стянутыми в немыслимые ирокезы и хвосты. На них были не кольчуги и латы, а кожаные куртки с заклёпками, темные очки, хотя света тут как в подворотне, и… галстуки. Да, мать вашу, они носили костюмы с галстуками поверх кожаных жилетов с ножами!

Один из них стоял в трёх метрах от меня, держа в руке стаканчик с чем-то дымящимся и уткнувшись длинным носом в светящийся прямоугольник смартфона. Он шел и не смотрел по сторонам. Классический пешеход-смартфонозависимый.

— Э… привет? — неуверенно выдал я.

Дроу поднял голову. Его красные глаза расширились. Стаканчик выпал из рук, плеснув какой-то фиолетовой дрянью на асфальт. Он открыл рот, чтобы заорать, но я не дал ему этого сделать. Рефлексы сработали раньше мозга. Я просто шагнул вперёд и залепил ему ладонью в рот.

— Тссс, — приложил палец к губам. — Я из маркетинга. Мы проводим опрос удовлетворенности клиентов в загробном мире. Как вам местная сотовая связь? Плохо? Вот и я думаю, что плохо. Спи.

Легкий удар в солнечное сплетение. Дроу обмяк. Я аккуратно уложил его на асфальт за мусорный бак… да, тут есть мусорные баки, сделанные из ребёр каких-то тварей и выпрямился.

«Браво, — зааплодировал Тишина. — Ниндзя-бургер. Уровень: инспектор по кадрам. Ты только что вырубил первого местного. Что дальше? Будешь прятаться за киосками с эльфийской шаурмой?»

Я стоял над лежащим дроу, пялясь на светящийся экран его смартфона, который медленно гас на залитом фиолетовым кофе асфальте, и чувствовал, как у меня дёргается глаз. Мозг, натренированный на постоянный экшен и мрачную эстетику концов света, отчаянно буксовал.

— Погодите-ка… — вслух выдохнул я, медленно обводя взглядом кипящую жизнь улицы. — Какого хрена?

Это не вписывалось ни в какие рамки. Ни в какие базовые концепции системы, которые я себе уяснил. Ледяные Пустоши? Мёртвый, замёрзший труп мира, где время остановилось. Выжженный Мир? Пепел, багровое солнце и абсолютная тишина. Я привык к парадигме: Истинные Порталы — это двери в морги. Мы заходим, констатируем смерть, забираем навык, закрываем дверь. Всё просто, цинично и предсказуемо.

Но это…

Я посмотрел на небоскрёбы, на неоновые вывески, на броневики, которые сигналили друг другу в пробке. Это же живой мир. Живой! С инфраструктурой, с экономикой, с утренним кофе и, судя по недовольным мордам прохожих, с налогами. Как система могла открыть портал в абсолютно функциональную реальность?