Девушку мотнуло раз, мотнуло два, подталкивая все ближе к бездне. А перешеек становился все длиннее и длиннее, превращаясь в бесконечную дорогу над пропастью.

Ким едва могла сделать вдох. Страшно! И этот страх намертво сковывал горло, не позволяя даже шептать. Ее снова повело. В этот раз так близко к краю, что она не удержалась и посмотрела вниз. И тут же на нее набросилась коварная глубина, готовая поглотить беспомощную жертву.

— Тише!

Она скорее почувствовала, чем увидела, как Хасс оказался рядом и крепко сжал ее холодную полную ладошку.

— Смотри на меня!

— Не могу, — пискнула Ким, не в силах отвернуться.

— Смотри на меня, — настойчиво повторил кхассер, — Ким.

Он сжал ее плечи, вынуждая отступить от края. Ее трясло и сквозь прерывистое надсадное дыхание было слышно, как стучат зубы.

— Я с тобой. Не бойся.

Она судорожно вздохнула и все-таки смогла перевести взгляд на него. Цеплялась за теплый янтарь, будто он единственный мог удержать ее на краю пропасти.

— Мы почти дошли.

— Я не смогу, — она все еще задыхалась.

Хасс прижал ее к своей груди и зарылся пятерней в пшеничные волосы.

— Дыши, Ким. Просто дыши, — он прикоснулся губами к ее макушке, чувствуя, как судорожно девушка за него цепляется, — все будет хорошо. Я с тобой.

Хасс медленно отступал, увлекая ее за собой, и в конце концов вывел ее на другую сторону ущелья.

Неподалеку от них звонко журчал ручей, утреннее солнце приветливо заглядывало в ущелье, разгоняя мрак, и где-то неподалеку звонко журчал ручей. Голос бездны стих.

Постепенно ее дыхание выровнялось, а дрожь прошла.

— Пришли, — Хасс аккуратно отстранился, — ты как?

— Хо…хорошо, — икая, произнесла Ким, потом подняла на него смущенный, немного ошалевший взгляд и произнесла, — Пожалуй, обратно ты меня все-таки понесешь.

Вода была настолько студеная, что сводило зубы, и по коже бодро разбегались миллионы обжигающих иголочек. Но зато она была чистая и по-особенному вкусная. Ким умылась, сразу почувствовав себя бодрее, напилась и, позволив себе несколько минут, просто посидеть и помочить ладошки. Потом вернулась к молчаливому Хассу.

— Обратно? — хмуро уточнил он.

Ким кивнула и зажмурилась. Через мгновение сильные лапы подхватили ее с земли. Порывы ветра, поднимаемые сильными крыльями, взметнули и без того растрепанные волосы, ощущение стремительного подъема отозвалось трепетом где-то в животе.

В этот раз полет длился недолго. Кхассеру потребовалось всего пару минут, чтобы выбраться из ущелья и, стелясь низко по склону, вернуться на их уступ.

Не зная, чем себя занять, Ким устроилась на широком плоском валуне.