— Это…

— Прости, Кэйт, — хрипло пробормотал Клавдий и, сжав ее плечо, отвернулся в сторону, пряча в глазах стыд. — Это для твоего же блага.

— Кэтлин Саммерс! — мощный голос Императора эхом пронесся по Тронному Залу. — Победительница Олимпийских Игр и Аватар Артемиды. Ты привлекла внимание всего мира. Ты привлекла… мое внимание. А потому… Кэйт… я принял решение.

Мужчина холодно взглянул на отказывающуюся верить в происходящее девушку и протянул ей открытую ладонь.

— Я решил сделать тебя Императрицей. Что ты на это скажешь?

— Что я на это скажу, Пастух? — хрипло повторила Артемида, игнорируя резкие жесты матери и довольное сопение отца за спиной.

Пусть она и не обладала всей памятью Кэйт, но часть знаний в ее голове все же осели. Самые яркие моменты, вроде когда девочка обнаружила, что Адриан полноценный бог. Или когда ей на ногу упало дерево и раздавило ступню… Второй вариант тут подходил как нельзя лучше.

Артемида дерзко скрестила руки на груди.

— Я скажу вот что. Возьми деревянную палку и засунь свое щедрое предложение себе в….

* * *

Главная кухня резиденции Дома Лекс, неделя до свадьбы

— Как-то так, — я завершил рассказ, ножом сгребая порезанные овощи в кипящую кастрюлю, а затем тщательно облизал острое лезвие. — Что думаешь?

— Адри, ты совсем спятил? — Персефона отвесила мне легкий подзатыльник. — Порежешься ведь. Положи нож в мойку.

— Ма-а-ам…

— Не надо мне тут «Ма-а-ам», молодой человек, — хмыкнула женщина, с дикой скоростью нарезая мясо и одновременно помешивая ложкой суп. — Потом спасибо скажешь. И да, я жду.

Заикаться о том, что я уже положил на лопатки двух богов, и этот нож я мог согнуть одними пальцами, навроде подковы, не имело смысла. Милена Лекс, богиня Персефона… Неважно в какой ипостаси, мама каждый раз находила время на свое любимое занятие.

Читать мне лекции.

С тяжелым вдохом я выразительно, даже демонстративно, на кончиках пальцев донес нож до сверкающей своей чистотой раковины, — на что в награду услышал сдавленной смешок — после чего привалился к стене и бросил на мать выразительный взгляд.

— Ну?

— Ну…, — Персефона задумчиво нахмурилась. — Думаю, что я не знаю.

Я удивленно приподнял бровь.

— Мне что, так ей и передать?

— Это не так-то просто, Адри, — терпеливо пояснила богиня. — Вернуть утраченную силу, свое тело… Я никогда с этим не сталкивалась. С этим никто не сталкивался. Бездна!

Подпрыгивающая на огне кастрюля бойко булькнула и, громко шипя, выплеснула часть содержимого наружу, частично заляпав модные синие джинсы с разрезами и фиолетовую кофточку. Любимую кофточку. Реакция у богини была соответствующая.