В общем, Артемида одним махом лишилась не только множества верующих, но еще и большой вероятностью своего места на Олимпе. Неудивительно, что богиня чувствовала себя хуже некуда.

Что ж… Значит, я должен это как-то поправить.

— И где твой сюрприз? — без особого интереса спросила Артемида, когда такси притормозило недалеко от главной площади.

Я ухмыльнулся и, открыв девушке дверь, протянул шелковую повязку.

— Не подсматривать.

Устало вздохнув, девушка все же обернула ткань вокруг глаз и, опираясь на мою руку, последовала прямо по улице. Нам потребовалось минута, чтобы дойти до главной площади и свернуть на дорогу к храму.

Идеальное чувство направление богини легко подсказало, куда мы идем. И ей это не особо пришлось по душе.

— Это плохая идея, Адриан, — в голосе девушки раздражение смешивалось со злостью. — Я не хочу снова его видеть.

— Знаю. Именно поэтому мы туда и идем.

Я стянул с глаз богини повязку и затолкал в карман. Девушка эффектно взмахнула волосами и уже было собиралась высказать, все что она думает… Но слова застряли у нее в горле.

Потому что мы были не одни.

Чем дальше мы продвигались по дороге к храму, тем больше вокруг нас собиралось людей. Всех возрастов, от стариков до мелких ребятишек, они чинной процессией следовали по ступеням наверх.

На людях не было специальной одежды, ни ряс с одеяниями, ни опознавательных знаков… кто-то даже вообще притащился в модных толстовках с надписью «Олимп Чемпион». В общем, это были самые простые люди, но их всех объединяло ровно одно.

Свечи.

Длинные белоснежные свечи, которые они несли на согнутых руках перед собой. Тысячи… Нет, я обернулся с холма назад… Десятки тысяч крошечных огоньков в темноте вечера.

А затем… люди запели. Ода Луны, медленная и торжественная. Песня, которую жители Эфеса впитывали с грудным молоком, которую в этом городе знал каждый от мала до велика.

Песня верующих своей богине.

Я почувствовал, как ладонь Артемиды судорожно сжалась в моей руке. На лице девушки можно было прочитать настоящую бурю эмоций. Удивление, горечь… благодарность.

— Как оказалось правитель Эфеса твой большой фанат, — ответил я на немой вопрос. — И не смог отказать в моей ма-а-а-аленькой просьбе.

«Особенно, когда Тали прислала мне папку с его грязными делишками» — добавил я уже про себя. «Коррупция действительно позволяет творить чудеса, кто бы мог подумать?».

— Я… Я не знаю, что сказать, — тихо произнесла богиня, наконец справившись с эмоциями.

— «Спасибо» подойдет.

— … Спасибо.

Так, держась за руки, мы вместе с торжественной процессией добрались до самого верха, где перед нами открылся сам храм. Он представлял собой весьма жалкое зрелище. Разбитые колонны, грязные покрытые сажей ступени, изломанные на куски экспонаты внутри… Словно раненый зверь на последнем издыхании.