— Сергей Владимирович Корнев — бывший спецназовец, спортсмен, вредные привычки — отсутствуют, характеристики — положительные, — протягивает Болдин, — Вину признал. По его версии, совершил преступления на фоне внезапно возникшей личной неприязни. В разных регионах России. Предпоследний — в глухой деревне, где население не больше сорока человек.
— Исполнитель, — я недовольно поднимаю брови.
— И кто ему заказал тракториста из деревни? — цокает Болдин.
— Тогда, психопат, — я жму плечами, — Связь есть, плохо искали! Возможно, был личный список людей, которые его раздражали в разные этапы жизни…
— Ищи, Есеня, ищи, — Александр Иванович подходит к пузатому графину и набирает себе стакан воды.
Рот сушит. Я облизываю пересохшие губы и закрываю папку.
— Мне что, заняться больше нечем? — я качаю головой, — У меня по Семёнову жуткий головняк! Двое суток дома не была!
— Семёнова Костылёву отдай, — отмахивается Болдин, — А этим нужно заняться срочно.
— Для чего?
— В связи с вновь открывшимися обстоятельствами, — загадочно протягивает шеф, — Черненко принесёт тебе остальные тома.
— Да не хочу я! — говорю раздраженно, — Начал заниматься — пусть занимается!
— Есеня, у меня на это нет времени! — строго говорит Болдин, напоминая, что я не имею право разговаривать с ним в таком тоне, — Езжай домой, поспи, и приступай после обеда! А лучше — возьмись прямо сейчас! Ещё два «крестика» всплыли. Свежие. Один — в Твери, в прошлый четверг, второй — позавчера в Подмосковье.
Чёрт. В протяжно выдыхаю.
— Черненко хотя бы камеры запросил? — произношу обреченно.
— Чисто, — коротко отрезает генерал.
— Хорошо, — я недовольно поднимаюсь из-за стола, прихватив с собой тяжелую папку, и иду к двери.
— ДНК нашли, — бросает в спину Болдин, — И «пальчики».
Ну хоть что-то. Либо их было двое, либо появился какой-то впечатлительный подражатель. Думаю, закончу за пару дней.
— Корнева, — добавляет шеф.
— В смысле? — я ошарашено разворачиваюсь, — Его же взяли.
— Взяли. В Соликамске сидит, на пожизненном… «Откатали» его сегодня, на всякий случай, отпечатки — его.
— А как? — я еле шевелю губами.
— А как? — сердито повторяет генерал, — Иди! Любу в магазин отправь, пусть хоть еды тебе принесет, перегаром разит на весь кабинет! Вечером жду у себя!
Я медленно киваю и скрываюсь за дверью.
Глава 2
Есеня
Тусклый свет лампы слабо освещает кабинет. Дверь то и дело хлопает от сквозняка. На столе бардак: исписанные листы и фотографии полностью закрывают темно-коричневую гладь фанерной доски. Глаза устали, свет лампочки горит мутным пятном, заставляя буквы расплываться. Выпрямляю спину, вздыхаю и собираю кипу, стараясь соблюдать очередность. Надеюсь, Костылёв разберется. Его ждёт неприятный сюрприз, над которым я работала последние недели. Семёнов. Редкая тварь. Три маленькие девочки, расфасованные по пакетам и никаких вещественных доказательств. Знаю, что это он, чувствую, а доказать не могу…