Покрутил головой по сторонам.
— А где сидевшая здесь леди?
— Дык, побледнела и убежала, барин. Вон, даже чумодан свой бросила…
— Ну и здорово.
Повернулся обратно к сидящим на полу станции бандитами. «Контролёр» немедленно улыбнулся мне щербатой ухмылкой.
— Что, на испуг решил взять, барчёныш? С «пером»-то аккуратнее — не порежься случаем…
— Нож ещё нужно заслужить, — усмехнулся я, присаживаясь перед ним на корточки. — А тебе хватит и вот этого…
Молниеносно ударил рукоятью ножа между шеей и плечом, вложив немного магии, и «контролёр» немедленно побелел от боли, издал невнятное сипение и скрючился на полу.
— Всего один вопрос, — я указал ножом на второго бандита, который молча буравил меня взглядом. — Я задам всего один вопрос.
Кровь из его носа перестала капать на пол, а потянулась тонким шлейфом капелек в воздухе в направлении к клинку трофейного ножа…
А затем сложилась в толстую иглу, которая махом затвердела, блеснула металлом, и метнулась вперёд, остановившись в считанных линиях от дёрнувшегося в испуге террориста.
— Я так думаю, что в твоём розыскном листе написано «брать живым или мёртвым». Ну или ничего написано, так что живым можно и не брать… Понимаешь к чему я веду?
— Ну и убивай, раз такой крутой! — с ненавистью бросил мне бандит.
— Так и убью, — усмехнулся я. — Ты, кажется, ещё не понял с кем связался, дружок? Так я проясню — мы из клана Винтер. И мы убиваем тварей. А всё твоё отличие от риппера или фрехтена только в том, что тебя легче прихлопнуть. И, как и риппера, тебя НЕОБХОДИМО прихлопнуть. Пока ты не убил знакомого нам городового, покалечил угощавшего нас сладостями на ярмарке старика или обесчестил симпатичную девушку из лавки напротив. Ты здесь, ты замарался по самые уши, и ты в нашей власти. Можешь рассказать всё как на духу, и мы сдадим тебя княжеской дружине… А можешь поиграть в стойкого революционера и увидеть, что будет. А будет интересно…
Кровяная игла разлетелась крошкой, а бандит взвыл от боли, когда его голову сжало невидимыми тисками.
— У нас есть где-то четверть часа, — я чуть склонил голову набок. — Так что четверть часа тебе будет очень-очень больно. А потом ты выплюнешь собственные кишки и сдохнешь.
Террорист забился в конвульсиях, когда обычные «тиски» сменились заклинанием боли, что начало корёжить всё тело.
— Но ты можешь сказать мне что-нибудь интересное, и всё прекратится.
Я щёлкнул пальцем, прекращая действие заклинания, от которого и у меня самого уже начинала гудеть голова.
— Ещё отряд… — выдохнул бандит. — Ещё отряд… Будет здесь к приходу поезда… Меченый… Меченый должен был взять паровоз… А Чалый — остальной состав…