Утром Елисей с большим трудом открыл глаза уже после того, как его начали отчаянно трясти домашние с просьбой проснуться. На его вопросы, что случилось, ему никто ничего не ответил. В лицах присутствующих был отпечатан страх. Наскоро одевшись, гость вышел в главную комнату ко всем, и его глазам предстала удивительная картина. Побледневшая невеста стояла в центре, а вокруг нее колыхалось пламя, достававшее до самой груди. Тут же скинув с себя рубаху, мужик отчаянно начал лупить ей по полу в надежде погасить пламя. Но сколько бы он ни старался, огонь вновь и вновь возвращался на свои позиции. Лишь через несколько секунд до него дошло, что остальные даже не пытаются ничего сделать, а лишь спокойно смотрят. А еще через несколько секунд он осознал, что от пламени нет жара, да и половики под огнем совсем даже не обуглились, а непонятный огонь вовсе не собирался превращаться в пожар. Елисей протянул руку к пламени, которое окружало молодую девушку, и вновь удивился странному огню, не оставлявшему ожогов.
Крепко выругавшись, гость почесал бороду и спросил:
– А водой поливать пробовали?
– Да уже все перепробовали. И водой, и землей, толку нет. Не может выйти, и все тут, и пламя не потушить.
– Помянули вчера, вот и… чтобы его черти забрали!
– Тише ты, тише! Не говори вслух! Уже Кольку послали за дедом Ваней. Скоро прийти должен. Может, он поможет.
Через некоторое время в дом зашел Колька вместе с рослым седым стариком, которого и величали дедом Ваней. Старик сразу же нахмурился и начал пристально всматриваться в пламя. После чего попросил всех выйти и оставить его с объятой огнем девушкой наедине. Домашние смиренно вышли из избы и ждали более часа, прежде чем старик вернулся с хмурым лицом и сказал, что ничего не может поделать. Единственным его советом было собрать как можно больше подарков и отправиться к дому осиновского недоброжелателя, пасть ему в ноги и молить о прощении и о чести вести эту свадьбу. Иначе чего еще хуже сделает.
– Ни к чему с ним ссориться, пусть порадуется своей победе старый хрыч.
Через несколько часов домашние, объединившись с родней жениха, уже кланялись на пороге у осиновского колдуна, моля его освободить ни в чем не повинную девушку. Просили они и о чести провести свадьбу да защитить молодоженов от всякого зла. Старик долго и хитро улыбался, после чего согласился, отправив всех по домам. Когда же родня невесты вернулась домой вместе с семьей жениха, то обнаружила несчастную девушку без сознания на полу. От бушевавшего пламени не осталось и следа.