– Но она точно не в доме бабы Нюры жила?
– Нет, точно нет, что-то она присутствовала там, а как узнала, что покойница встает, то ее и след простыл. Она ее и при жизни боялась страшно, все боялись, а после смерти пуще прежнего[4] .
– Но о том, что покойница вставала, вам именно Дуня и рассказала?
– Да, она как узнала, что та в ночь после смерти встала и домашних строжить[5] начала, так и решила переждать, пока все не закончится.
– А что именно она рассказывала? Что говорила покойная ведьма?
– Да не помню точно, помню, что как ее родня-то уж было обрадовалась, вздохнула с облегчением, а она встала и начала их гонять, что, мол, и то не так и другое, у нее там свои правила, видать, в доме были. Да требовала, чтоб привели ей, кто возьмет у нее.
– И ей привели?
– Да вроде как нескольких людей водили, не знаю почему, но не передавала она. То ли они отказывались, то ли она сама отказывала, не знаю. Это еще и перед смертью ее было, а как она мертвая-то встала, не знаю, пришел ли кто к ней или все испугались.
– А как все закончилось?
– Ну, я помню только, что Дуня тогда отсиделась и пошла на разведку домой, а когда вернулась, то и рассказывала, что, мол, птица за ней прилетела какая-то, а та потом и умерла.
– Птица?
– Ну да, она сказала вроде… Я помню, что птица, а подробностей уже не помню, что-то такое было, что птица прилетела, что-то там почирикала, и все, потом ее и схоронили.
– А возможно ли такое, что эта самая баба Нюра не умерла в тот момент, когда ее уже положили в гроб?
– Ну сказали ведь, что умерла, как не умерла?
– Может, ошиблись? Ее смерть подтвердили врачи?
– Ну этого я уже не знаю, кто там что подтвердил или ошибся, вот что слышала, то и рассказываю. Наверное, фельдшер приходила, врачей тогда не стали бы вызывать, да и фельдшер, может, не была у нее, ее все боялись, никто лишний раз и возле дома не проходил.
Запись № 11 Беспокойный покойник
Когда умерла баба Шура, то оказалось, что у нее совсем не осталось родни. Ни детей, ни братьев или сестер, вообще никого. Только соседка Валя, которая была на пару десятков лет моложе и ее же подруга Катя. Вместе с ней они нередко навещали одинокую женщину. Баба Шура была спокойной и дружелюбной старушкой, хоть и немного закрытой. Никто и никогда не говорил о ней плохого, и никаких известных мистических случаев, связанных с ней, никто и никогда припомнить не мог. О том, чтобы старушку подозревали в каком-нибудь колдовстве или в том, что у нее в доме была какая-то нечистая сила, и речи быть не могло. Одним словом, обычная, улыбчивая, но одинокая женщина, таких немало можно найти в любой деревеньке. Когда она тихонько умерла, оказалось, что похороны ее некому взять на себя, кроме как Валентине с Катей да еще нескольким неравнодушным добровольцам с деревни. Гроб был уже приготовлен, а Валя с Катей, которые тоже уже успели обзавестись к тому моменту своими внуками, хоть и отказывались считать себя старушками, взялись за уборку дома и приготовление к поминкам. После уборки у плиты им пришлось провозиться до глубоко вечера, хотя поминки и намечались весьма скромные. И с наступлением темноты стали они решать: кому остаться в избе с покойницей, ибо не положено мертвеца одного ночью оставлять.