Проводив бабу Люсю в последний путь, как и положено, без каких-либо злоключений, деревня наконец-то выдохнула. Мало ли что в жизни случается. Главное, что оно потом проходит. Но не тут-то было.
Через неделю к бабе Дуне вновь заглянула ее старая подружка баба Тоня и все так же бесцеремонно заявила с порога:
– Дуня, у меня в избе черти скачут…
– Ты чего это, Тоня? Ты чего такое говоришь-то?
– Как есть говорю…
Не выдержав, старушка заплакала и начала причитать о том, что, видимо, теперь и ей осталось жить недолго. Баба Дуня поспешила утешить свою подругу и ласково усадила ее за стол, налив ей чашку горячего чая и подлив немного огненной воды.
– Ну, будет тебе… Может, это со страху, а?
– Ох, да если бы, но я, как увидела его, ни секунды не сомневалась. А он так и начал скакать!
– Где скакать?
– Да по избе! То на шторы, как кот запрыгнет, то на карнизе сядет! И ведь большой такой, тяжелый, а хоть бы хны – сидит, как воздух, легкий.
– А ты молиться-то пробовала?
– Я его и так и сяк, и даже иконой огрела, едва образ не сломала, дура старая, а он только смеется да дальше скачет. И все говорит: «Тонька, пришло время, теперь и тебе пора пальцы завязывать!»
– А чего они хотят-то?
– Да всякие гадости хотят, то это сделай, то другое, то эдак давай направим, и все такое… дела-то все нечистые. И покоя ведь не дают, всякие гадости рассказывают!
– Да он не один, что ли?
– Да куда там! Целая орава!
– Прости господи, что же делать-то… Может, к батюшке сходим?
– Нет, нет, что ты! Они мне настрого запретили! Они такого могут натворить, что ты, уж пусть так лучше!
Так, день за днем, начала слабеть и баба Тоня. Раз за разом она рассказывала истории, и в некоторые из них ну совсем не хотелось верить. Даже ее подруге бабе Дуне. К тому же старушка начала слабеть не только телом, но и умом. Она часто вспоминала людей, которых уже давно не было рядом. Иногда говорила о мертвых так, словно еще вчера с ними виделась и разговаривала. А потом искренне удивлялась, если ей говорили, что те, о ком она говорит, уже давно умерли.
Однажды ее и вовсе нашли дома на полу без сознания. Когда старушку привели в чувство, то начали расспрашивать, что с ней случилось. Баба Тоня сказала, что начался сильный ураган и, когда она попыталась спрятаться, смерч ворвался в ее дом, открыв окна. А потом, закружив множество предметов в воздухе, он настиг и ее, после чего она и потеряла сознание. Каково же было ее удивление, когда односельчане рассказали ей, что не видели никакого урагана. Да и вся посуда, предметы быта были на месте, а двери и окна были закрыты. Сознание старушки становилось все туманнее, а ее рассказы – все более и более абсурдными. Порой из ее слов складывалась такая околесица, что даже ее подруга баба Дуня не могла поверить, как бы она этого ни хотела. Старушки стали видеться все реже, пока в какой-то момент бабу Тоню не нашли мертвой в гробу, лежавшем на кровати, как и ее предшественницу.