Чем глубже Толя заходил в эту часть леса, тем больше он испытывал какой-то непонятный, но вполне знакомый внутренний дискомфорт. Что-то внутри него самого сопротивлялось прогулкам в этих местах. Никакого удовольствия, только принуждение. Охотник уже хотел было свернуть с пути поближе к знакомой березовой чаще, как вдруг услышал чьи-то голоса неподалеку. «Любопытно, – подумал он про себя. – Наверное, кто-то из своих за грибами вышел. Надо подсмотреть».
Толя начал медленно и аккуратно прокрадываться в сторону звука. Максимально аккуратно и беззвучно, так, как умеют делать только охотники. Однако чем ближе к месту он подходил, тем более странными и неясными становились звуки. Голосов было много, все они гудели, словно пели что-то наперебой, невпопад и как-то не по-людски. Толя немного насторожился и даже сдвинул брови. «Теперь обязательно нужно разобраться, что там происходит», – решил мужчина и аккуратно двинулся далее.
Очень скоро он оказался на границе старой дубовой рощи, в которой все было изрыто какими-то ямами и холмами, а вокруг росли только дубы. Огромные, многовековые, некоторые из которых были даже уже давно мертвыми, но всё стояли, словно каменные башни, не давая жизни новым молодым деревьям, пытавшихся пробиться в этих местах. Так было всегда, сколько Толя себя помнил. Ну ямы и ямы, ну холмики и холмики, ну дубы и дубы, чего такого-то? И все же где-то в глубине подсознания Толя всегда знал, что это место сильно отличается от остального леса. Подойдя к самому краю рощи и выглянув из-за ствола огромного дуба, Толя увидел весьма странную картину. Почти с десяток пожилых старушек, одетых во все белое, ползали на коленях возле деревьев, поочередно падая ниц и целуя землю то перед одним могучим деревом, то перед другим. При этом все они что-то напевали и проговаривали себе под нос, то быстро тараторя, то распевая и даже завывая отдельные слоги.
В некоторых из пожилых женщин он признал своих новых односельчан, которые совсем недавно переехали в его родную деревню после коллективизации. Переехали они из старой деревни, которая находилась за болотами и называлась Осиново. Поговаривали, что там живут какие-то старообрядцы, которые еще и колдовать умеют. И могут сделать много чего нехорошего любому, кто встанет у них на пути или же начнет совать нос не в свои дела.
Толя в колдовство и прочие вещи не верил. Однако зачем же будить лихо, пока оно тихо? К чему искать конфликта на ровном месте? Ну пляшут себе в лесу и пусть дальше пляшут. Другим людям не мешают. Понаблюдав еще немного за старухами, Толя решил, что делать ему тут больше нечего, и отправился по своим делам дальше.