Упусти я из виду такую важную хрень, как подготовка к зиме, и всё могло обернуться катастрофой. Спасибо мой торговый партнёр вовремя напомнил. Прямо как в старые недобрые девяностые: чуть зазевался — и ты уже на обочине жизни, и даже возможно ты на ней не сидишь, а похоронен.

Холодный, пронизывающий ветер бил в спину, пока я в одиночку трясся по Еловому тракту. Деревья, ещё недавно полыхавшие всеми оттенками красного и оранжевого, как пожар в осеннем лесу, теперь стремительно теряли свой багряно-золотой наряд, оголяя тёмные ветви навстречу стылому небу.

Признаться, я редко любовался окружающей природой во время поездок, обычно все мои мысли занимала Стратегическая карта. Я без конца анализировал цифры, графики, потоки данных, пытаясь выстроить оптимальную бизнес-модель для града Весёлого.

Но сейчас в этой звенящей тишине леса, нарушаемой лишь мерным поскрипыванием седла да фырканьем Улыбки, я вдруг позволил себе глубоко расслабленно вздохнуть. А может, и правда воспользоваться вынужденной зимней паузой, чтобы немного отвлечься от бесконечных отчётов и таблиц?

Посмотреть на мир Истока не через призму КПД и рентабельности, а просто… просто как на мир. Отдохнуть, перезагрузить мозги, а то так и до профессионального выгорания недалеко.

Пока я предавался философским размышлениям, Улыбка вдруг громко, почти панически заржал и резко встал на дыбы, чуть не скинув меня на мёрзлую землю. Копыта отчаянно забили по воздуху.

— Тихо! Тихо, дурень! — рявкнул я, изо всех сил цепляясь в поводья и пытаясь удержаться в седле. Когда конь наконец снова обрёл опору на все четыре, я понял причину его беспокойства.

Прямо на дороге, перегораживая путь, стояли человек пятнадцать. Все в чёрных балахонах с накинутыми на лица капюшонами, вооружены арбалетами и пиками.

Мрачные такие ребята, будто со съёмок фильма про средневековых инквизиторов.

Один из них, видимо, главный, выделялся из толпы. Он стоял чуть впереди, а на голове у него красовался какой-то шутовской колпак с четырьмя рожками, на каждом из которых болтались маленькие серебряные колокольчики. Ну вот, кажись, и напросился на встречу с Серебряными Шутами. Оперативненько они, нечего сказать.

— Ну здорово, орлы! — бросил я, слезая с коня и направляясь к ним. Старался, чтобы голос звучал как можно беззаботнее, хотя внутри всё напряглось, как струна.

Они молчали. Просто смотрели, крепко сжимая оружие в руках, которые предназначались явно не для того, чтобы бабочек ловить. Главарь, тот, что в шутовском колпаке, сделал полшага вперёд и кивком подозвал меня. Колокольчики на его головном уборе тихонько звякнули в морозном воздухе, издав какой-то… неприятный, тревожный звук.