Единственное, что могло пойти не так, это какой-нибудь серьёзный кризис извне, ну там набег какой или ещё какая хрень. Но, учитывая, что остальной мир тоже готовился впасть в зимнюю спячку, я надеялся, что пронесёт. Обойдется, как говорится.
Мы с Улыбкой трусили по заснеженной тропе, и тут я заметил фигуру, прислонившуюся к дереву в нескольких десятках метров впереди. Пригляделся… Ба, знакомые всё лица!
Лекс Могучий! Едрёна кочерыжка!
Сердце у меня чуть из груди не выпрыгнуло, аж в пятки ушло, когда я его заприметил. Первая мысль, понятное дело, паника. Рвануть отсюда со всех ног, чтоб пятки сверкали! Но прежде чем я инстинктивно дёрнул поводья Улыбки, уводя его в реверс (это я так деликатно называю бегство), до меня дошло, что-то тут не так. Вид у Лекса явно измученный, выжатый, словно лимон, а сам он не столько прислонялся к дереву, сколько буквально висел на нём, ища опоры.
Даже оружия при нём не видно. Явно что-то стряслось и, пожалуй, серьёзное.
— Лекс? — окликнул я, всё ещё крепко сжимая поводья.
Глава 16
Если это какая-то ловушка, свалю отсюда быстрее, чем он «мама» успеет сказать.
— А-а-а, вот и ты, — проворчал Лекс Могучий. Выпрямившись и слегка пошатываясь, он сделал пару шагов в мою сторону. Теперь я разглядел, что он хромает. На ноге, сбоку, виднелся глубокий порез, из которого сочилась кровь. — Рад узнать, что из всего творящегося бардака хотя бы моя разведсеть ещё работает. А то я уж думал, совсем всё пошло по одному известному месту.
— Ты ранен? — спросил я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Так, ерунда. Царапина, — отмахнулся Лекс, жестом приглашая меня спешиться. — Нам много чего нужно обсудить, а времени как обычно в обрез.
Пойдя наперекор своему здравому смыслу, который просто орал «Беги, Лёха, беги!», я всё-таки слез с коня и сделал несколько шагов навстречу. Неподалёку валялось поваленное дерево, Лекс, ковыляя, добрёл до него и тяжело опустился на ствол.
— Я в большой заднице, как ты понимаешь, — пробормотал он, поднимая на меня взгляд. В его глазах я прочёл такое отчаяние, что аж неуютно стало. — Твоё письмецо перехватили какие-то разбойники с большой дороги, которые, видимо, от скуки решили его вскрыть и прочитать. А потом, прикинув, что оно может представлять какую-то ценность для моих офицеров, попытались впарить его городской страже. Идиоты, блин!
— Какая жалость, — сказал я, едва сдерживая довольную ухмылку. Мой план сработал как по нотам. Просто идеально.
— В моём городе полный швах, разруха и шатание. Герман Дурнев со своей коалицией уже прут на нас, и мои осведомители, мои «глаза и уши» по всей округе, докладывают, что народ точит на меня зуб и готовится к драке, — продолжал Лекс. — Боюсь, я совершил просто колоссальную ошибку, решив наехать на деревню Сияна Шило так скоро после моего последнего завоевания. Я вообще-то планировал атаку на весну, но она, стерва, пронюхала… — он запнулся и уставился на выражение моего лица.