— Хрена себе… — буркнул я. Чего-чего, но такого точно не ожидал.

Доктор задумчиво потер подбородок и, для разнообразия ничего не сказав, пошел в лабораторию. Тоже верно, мне вот теперь от работы отлынивать снова повод искать надо. А пока придется в нее окунаться по самую макушку…

…Когда твоя станция растет — это всегда приятно. Наверное, сравни садоводу, который наблюдает за ростом урожая и тихо млеет в восторге, наверное, потому как садоводом я никогда не был. Но вот четко теперь знаю, что даже с такими монстрами переделки космических кораблей, как Тогот, работы хватает с избытком и всем остальным.

Теперь у нашей станции появилась здоровенная трехкилометровая труба между двумя блоками из спаренных диспетчерских модулей. И эта труба была не просто какой-то производственной зоной, состоящей из ангаров, цехов и складских секций, как прошлая. Нет, в нынешнем варианте это была полноценная станция в виде трубы с широченными стенками, где всё это производственное и административное добро и предполагалось размещать. А вот по центру была пустота и еще одна труба с кучей высокоэнергетической проводки и сферой древнего термоядерного реактора посередине. Причем с остальной частью она соединялась здоровенными кольцами с катками и направляющими… Станция предполагала изначально к использованию самого экономичного типа механизма искусственной гравитации — центробежного.

Она вообще интересная такая, в том числе и тем, что внутреннюю поверхность предполагалось перманентно освещать световым излучением опять же реактора, точнее, его внешнего покрытия, которое должно было часть тепловой энергии отводить в свет, близкий по своему спектру к солнечному. Либо кто-то здесь когда-то пытался наладить симулирующие планетарные условия жизни. Либо… Надеюсь, в изначальном варианте тут поля не были предусмотрены, иначе придется мне расписаться, что ничего я в космической инженерии не понимаю. Впрочем, в этом случае я буду совсем не одинок, а пристроюсь в конец очереди за Тоготом и другими профессионалами по технической части всего нашего и не только флота, которые отчего-то сделали ставку на тараканьи фермы, водоросли и аквакультуру. Но это так, эмоциональный взрыв на фоне грандиозного зрелища и осознания, что пусть и не поля, но парки в этой интегрированной в Муху старой станции разбить можем и мы. Да, всю остальную «скорлупу» всё так же поделим на секторы, наши старые обжитые и сданные в аренду ангары прилепим к ним снаружи. А здесь можно сделать настоящее сердце, куда стремиться будут попасть не для работы, а для того, чтобы просто побыть немного в настоящем маленьком кусочке природы в полностью безжизненной системе. Я прямо увидел эту картину и понял, почему вопрос по благоустройству внутренней части Тер оставил на меня. Он-то к планетам равнодушен в отличие от всех нас, ну, землян в смысле. И если я всё же решился бы сделать здесь что-то иное, то вся агрессия, негодование и «злая воля» наших фурий, одна из которых должна была в ближайшей перспективе стать его женой, обрушится на меня. А не на старого интригана от космического судостроения. Так что с этим вот внутренним объемом всё понятно. И что-то мне подсказывает, что прилегающие к нему непосредственно секторы станут очень скоро самыми дорогими на всей станции. Наверное, даже дороже, чем в диспетчерских модулях, хотя там всё больше площадей занимают службы.