— Тер, что у нас с буксирами?

— Как ты наверняка и ожидаешь, всё плохо, — пришло в ответ. Ну да, я этого и ожидал, потому как нет у нас движков необходимой мощности, есть только корпуса со специальными креплениями сзади под установку кучи разных движков разных конструкций и разных производителей, единственная цель этого корпуса — привариться к крупному космическому объекту и в компании со своими такими же уродливыми товарищами его утащить в гипер. И так несколько переходов подряд, после чего все движки придется снимать и отправлять в ремонт. Вот такое вот ноу-хау по-фронтирски. Но работает же, я сколько раз сам видел! Мы их делали, конечно, не для станции, а чтобы линкор какой или межсистемник сильно поврежденный утащить, но четыре штуки и станцию утащить могут. Тем более, что она от нас всего в шести переходах находится, совсем недалеко. Да, она сугубо добывающая и вообще практически без населения, а только с гарнизоном, но нам так даже лучше. Перетащим, разберем, отремонтируем и интегрируем в нашу схему, тем самым увеличив «Муху» практически вдвое! Так что, как бы не хотелось новых движков и щитов, а брать буду потрепанную станцию… Но вот я подумал, там же будет эскадра охранения, без нее же такой актив без щита не бросят…

Вот правильно говорят, что мысли определенного типа людей сходятся.

— Я предлагаю порвать их всех, прямо на месте дооборудовать наши буксиры движками до возможности тащить станцию. А трюм станции забьем всем, что от той эскадры еще останется. Как тебе такое, Тер Тогот?

— Полностью поддерживаю. И тут такой момент, ты должен заявить Анне, что свадьба будет только после операции…

— Ах ты старый пройдоха! — даже в некоторой степени восхитился я его игрой в покорного подкаблучника. На самом деле вот он, бунтарский дух свободного мужика фронтира, ищет повод отложить окольцовывание и, что немаловажно, находит! Проявляя чудеса изворотливости и изобретательности живого ума.

— Будешь должен. Если меня после такого вообще медкапсула сполотская откачать сможет.

— Заметано! Давай, готовь план операции с Пармом. Я на верфь дособирать буксиры. Надеюсь, ты понимаешь, что пока работа над межсистемниками прекратится?

— Ну да, — вздохнул я. А как не понимать, верфь у нас и так сама себя превзошла, так что да, всё я понимаю.

— Ты мне теперь должен! — безапелляционно заявила Анна, для разнообразия разговаривающая со мной по банальной голосвязи, а не привычной нейросети. И сделала она это умышленно, чтобы все в ее командной части экипажа и в моей это видели и не дали потом мне отвертеться. Ну и ладно, это всяко лучше, чем валяться в медкапсуле, восстанавливая исцарапанный кожный покров. Хотя вот Лиина, например, смотрит на меня с легкой улыбкой и небольшим укором во взгляде — она-то в курсе всей подоплеки. И ей, как женщине, это не нравится. Не нравится не то, что я безапелляционно запретил свадьбу до конца операции. Нет! На это ей побоку совершенно, другой у моей второй жены менталитет. Она искренне не понимает, почему я вообще стал должен за что-то своей подчиненной. Есть необходимость, есть приказ — всё, обсуждать нечего. Уверен, что все остальные ветраны в составе нашей эскадры думают так же… Но они также понимают, что Анна не только подчиненный коммодор и капитан «Атиллы», но и друг, который пришел в нашу команду, когда перспективы той еще были неясны, а еще она практически родня, так как с одного со мной мира. Ну и если я вдруг соберусь становиться владетелем, королем там, императором карликовым, то она и Тер — первые претенденты на титулы и владения… Ну, с последним, положим, меня понесло. Но как бы народ ситуацию понимал и вполне терпел, как и я. Хотя по мне так перед боем такие вещи не делаются, но ей простительно, я же не в первый раз ей свадьбу обламываю. На чем и стоим…